#587

Обзор дисциплинарной практики Адвокатской палаты Московской области за 2 полугодие 2019 года (фрагмент № 2)

Регион: Московская область
Итог разбирательства: наличие нарушения норм ФЗ и КПЭА;
Статья ФЗ: ФЗ ст.7 п.1 подп.1;
Статья КПЭА: КПЭА ст.5; КПЭА ст.8 п.1; КПЭА ст.9 п.1 подп.1;
Тема: защита по назначению; недобросовестность при исполнении поручения; незаключение соглашения на оказание юридической помощи; нарушение этических норм;
Дата: 31 дек. 2019 г.
Вид документа: Обзор дисциплинарной практики (фрагмент)

Текст документа

В АПМО поступила жалоба адвоката Д., поданная им в интересах доверителя Н., в которой он сообщает, что 19.09.2019 г. заявитель на основании соглашения представлял интересы Н., который был опрошен сотрудниками полиции. 24.09.2019 г. Н. был доставлен в отделение полиции, находился в состоянии алкогольного опьянения, без очков и слухового аппарата. Заявитель разыскивал Н., двое суток его место нахождения оставалось неизвестным. Впоследствии оказалось, что, несмотря на наличие защитника по соглашению, 24.09.2019 г. следователь пригласила знакомого адвоката – Е. Заявитель указывает, что Н. убедили воспользоваться помощью защитника Е. Поэтому он написал заявление об отказе от адвоката Д. и допуске к защите адвоката Е. на основании «предварительного соглашения».

В письменных объяснениях адвокат не согласился с доводами жалобы, пояснив, что 24.09.2019 г. он находился в ОМВД по Тверскому району г. Москвы, где от следователей ему стало известно, что ими осуществляются поиски адвоката. Ему предложили переговорить с задержанным Н. у которого не было адвоката. Адвокат согласился. В беседе Н. сообщил, что у него нет адвоката по соглашению и он отказался от услуг адвоката Д. о чём им было написано заявление и попросил не звонить его матери, сославшись на преклонный возраст последней. Адвокат «достиг» с Н. «предварительного соглашения» о дальнейшей его защите по уголовному делу с последующим заключением письменного соглашения с его матерью. Н. добровольно написал заявление о допуске адвоката к участию в деле. Процессуальные действия в отношении Н. проводились без каких-либо нарушений УПК РФ, давления на него не оказывалось, показания давал после консультации с защитником.

Рассмотрев материалы дисциплинарного производства, Комиссия сочла возможным, ввиду отсутствия сопора между сторонами по фактическим обстоятельствам, изложенным в жалобе, перейти к непосредственной оценке действий адвоката.

Прежде всего, Комиссия отметила, что ни уголовно-процессуальное законодательство, ни законодательство об адвокатской деятельности не содержат такого основания для принятия поручения на осуществление защиты как «предварительное соглашение». Согласно п. 1 Стандарта осуществления адвокатом защиты в уголовном судопроизводстве (принят VII Всероссийским съездом адвокатов 20.04.2017 г.) (далее – Стандарт), основанием для осуществления защиты является соглашение об оказании юридической помощи либо постановление о назначении защитника, вынесенное дознавателем, следователем или судом, при условии соблюдения порядка оказания юридической помощи по назначению, установленного в соответствии с законодательством.

Только письменное соглашение об оказании юридической помощи позволяет чётко определить волеизъявление подзащитного на то, чтобы его защиту осуществлял конкретный, избранный им, адвокат. Поручения на защиту в порядке ст. 51 УПК РФ в г. Москве распределяются посредством Автоматизированной информационной системы Адвокатской палаты г. Москвы (АИС АПМ). Однако, в рассматриваемом случае, адвокат не отрицает, что принял поручение от неких следователей, которые «искали» адвоката и предложили ему побеседовать с Н.

Комиссия считает, что такое поведение адвоката недопустимо и само по себе указывает на безнравственный характер защиты (п.п. 1 п. 1 ст. 9 КПЭА) и совершение им действий, направленных к подрыву доверия (п. 2 ст. 5 КПЭА).

Кроме того, согласно представленным Комиссии материалам, адвокат Е. не мог не знать о том, что у Н. был защитник по соглашению. Однако, адвокат не предпринял никаких действий для того, чтобы связаться с адвокатом по соглашению, выяснить расторгнуто ли соглашение на защиту Д. При этом, отказ от защитника по соглашению был заявлен в отсутствие адвоката, что дополнительно налагает на адвоката обязанность проверки мотивов такого отказа.

На основании изложенного, Комиссия пришла к выводу о наличии в действиях адвоката нарушения п.п. 1 п. 1 ст. 7 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ», п. 2 ст. 5, п. 1 ст. 8, п.п. 1 п. 1 ст. 9 КПЭА и ненадлежащем исполнении своих обязанностей перед доверителем.

https://apmo.ru/novosti/obzor_distsiplinarnoy_praktiki_advokatskoy_palaty_moskovskoy_oblasti_za_vtoroe_polugodie_2019_goda/