#575

Обзор дисциплинарной практики Адвокатской палаты Волгоградской области за 2 полугодие 2019 года (фрагмент № 6)

Регион: Волгоградская область
Итог разбирательства: замечание;
Статья ФЗ: ФЗ ст.7 п.4;
Статья КПЭА: КПЭА ст.5; КПЭА ст.6; КПЭА ст.15 п.6; КПЭА ст.25 п.1 подп.1;
Тема: защита по назначению; неисполнения решений органов адвокатского сообщества;
Дата: 31 дек. 2019 г.
Вид документа: Обзор дисциплинарной практики (фрагмент)

Текст документа

Еще одно часто встречающееся в адвокатской практике нарушение совершил адвокат Анатолий Ц., который в качестве защитника по назначению вступил в судебный процесс, в котором рассматривался вопрос о продлении меры пресечения гражданина З. Хотя на тот момент у гражданина уже были два защитника – по соглашению и также по назначению. И, как указывается в жалобе, адвокат Ц., вступая в процесс, не убедился в надлежащем извещении остальных защитников.
Разбирая обстоятельства жалобы, члены совета АПВО подчеркнули, что по смыслу ст. 50 УПК РФ, приоритет в выборе защитника, как одна из гарантий права на защиту, принадлежит подсудимому, а не стороне обвинения или суду. Причем, по смыслу закона, при заявлении ходатайства о замене защитника подсудимый не обязан объяснять причину своего недоверия адвокату (кассационное определение Судебной кол¬легии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 21 февраля 2012 г. № 51-012-4).
Предоставляя обвиняемому возможность отказаться от защитника на любой стадии производства по делу, уголовно-процессуальный закон, таким образом, гарантирует право данного участника уголовного судопроизводства на квалифицированную юридическую помощь защитника, исключая возможность принуждения лица к реализации его субъек¬тивного права вопреки его воле (определение Конституционного Суда РФ от 17 октября 2006 г. № 424-О).
Часть вторая статьи 52 УПК РФ, находящаяся в нормативном единстве с частью первой той же статьи и статьей 51 данного Кодекса и предусматривающая, что отказ от защитника не обязателен для дознавателя, следователя и суда, предполагает, что при раз¬решении соответствующего ходатайства в каждом конкретном случае следует установить, является ли волеизъявление лица свободным и добровольным и нет ли причин для при¬знания такого отказа вынужденным и причиняющим вред его законным интересам. Таким образом, названная норма как публично-правовая гарантия защиты личности от незакон¬ного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения ее прав и свобод (пункт 2 части первой статьи 6 УПК РФ), направлена на защиту прав подозре¬ваемого, обвиняемого, а не на их ограничение и не предполагает возможности навязывать лицу конкретного защитника, от которого оно отказалось (определение Конституционного Суда РФ от 29 мая 2012 г. №1014-О). Следовательно, при отказе обвиняемого от конкрет¬ного защитника последний не вправе продолжать осуществление его защиты вопреки воле последнего.
Согласно п.4 4.1 ст.7 федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвока¬туре в Российской Федерации» и п.6 ст. 15 Кодекса профессиональной этики адвоката ад¬вокат обязан исполнять решения органов адвокатской палаты и органов Федеральной па¬латы адвокатов, принятые в пределах их компетенции.
Как следует из содержания раздела 1 главы V Положения о порядке участия адво¬катов в качестве защитников в уголовном судопроизводстве по назначению органов до¬знания, органов предварительного следствия или суда (в порядке ст.51 УПК РФ), а также в гражданском судопроизводстве по назначению суда (в порядке ст.50 ГПК РФ), адвокат по назначению не вправе принимать участие в следственных действиях или в рассмот¬рении дела судом, если по делу участвует адвокат по соглашению; адвокат по назна¬чению обязан проверить соблюдение органами дознания, предварительного расследования и судом требований п.2, 3 ст. 50 УПК РФ (надлежащее извещение защитника). В случае отсутствия в материалах дела сведений о надлежащем извещении защитника, подозревае¬мого, обвиняемого, подсудимого адвокат по назначению не вправе принимать участия в следственных действиях и при рассмотрении дела судом.
Как уже говорилось, защиту гражданина З. осуществлял адвокат по соглашению, а сам подсудимый
отка¬зался от услуг адвоката Ц., что отражено в протоколе судебного заседания.
Из взаимосвязанного толкования положений п.п. 1-3 ст.5, п.1 ст.6 и др. Кодекса профессиональной этики адвоката следует, что основой отношений между адвокатом и лицом, которому оказывается юридическая помощь (включая подзащитного при назначе¬нии адвоката в порядке ст.51 УПК РФ), является доверие последнего к адвокату, без кото¬рого, в частности, невозможно представление интересов доверителя, тем более, при осу¬ществлении защиты по уголовному делу.
Кроме того, в соответствии с Решением Совета Федеральной палаты адвокатов о двойной защите от 27 сентября 2013 г. адвокат в соответствии с правилами профессио¬нальной этики не вправе принимать поручение на защиту против воли подсудимого и навязывать ему свою помощь в суде в качестве защитника по назначению, если в процессе участвует защитник, осуществляющий свои полномочия по соглашению с доверителем. Отказ подсудимого от защитника-дублера в данной ситуации является обоснованным и исключающим вступление адвоката в дело в качестве защитника по назначению.
Также в названном решении подчеркивается, что неправомерность участия адвока¬та в процессе в качестве защитника-дублера по назначению подтверждается правовой по¬зицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в его Определении от 08.02.2007 № 251-0-П: « ...реализация права пользоваться помощью адвоката (защит¬ника) на той или иной стадии уголовного судопроизводства не может быть поставлена в зависимость от усмотрения должностного лица или органа, в производстве которого находится уголовное дело, т.е. от решения, не основанного на перечисленных в уголовно-процессуальном законе обстоятельствах, предусматривающих обязательное участие за¬щитника в уголовном судопроизводстве, в том числе по назначению».
Учитывая все вышеизложенное, адвокат Ц. после отказа от его услуг обязан был поддержать заявление З., заявить суду письменное ходатайство или ходатайство под протокол об отложении рассмотрения дела и вызове адвоката, с которым у З. заключено соглашение. Сформулировать для суда свою правовую позицию о недопустимости нарушения права на защиту, выражающегося в пренебрежении мнением подозреваемого о выборе защитника, так как у подозреваемого имелся адвокат по соглашению. Адвокат не может покинуть судебное заседание без разрешения суда, рискуя быть обвиненным в неуважении к судебной власти, однако обязан принять меры к реализации правовой позиции адвокатского сообщества в отношении двойной защиты доступными правовыми средствами, а именно, заявляя суду соответствующие ходатайства.
При таких обстоятельствах Совет АПВО пришёл к выводу о том, что адвокат Ц. нарушил требование закона честно, разумно и добросовестно, квалифицированно, принципиально и своевременно исполнять свои профессиональные обязанности, а также не исполнил решения органов адвокатской палаты и органов Феде¬ральной палаты адвокатов, принятые в пределах их компетенции.
На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 18, 25 ч.1 п. 1 Кодекса профессиональной этики адвоката, Совет Адвокатской палаты Волгоградской области объявил адвокату Анатолию Ц. замечание.

http://www.apvo-volgograd.ru/advokatam/disciplinary-practice/