#560

Обзор дисциплинарной практики Адвокатской палаты Ивановской области за 2018 год (фрагмент № 3)

Регион: Ивановская область
Итог разбирательства: предупреждение;
Статья ФЗ: ФЗ ст.6 п.2; ФЗ ст.7 п.1 подп.1;
Статья КПЭА: КПЭА ст.8 п.1;
Тема: небрежное представление интересов; финансовые нарушения;
Дата: 31 дек. 2018 г.
Вид документа: Обзор дисциплинарной практики (фрагмент)

Текст документа

Несвоевременное внесение адвокатом гонорара в кассу адвокатского образования; непосещение доверителя в следственном изоляторе; непринятие адвокатом мер к обжалованию судебных актов при наличии к тому оснований и отсутствии письменного отказа доверителя от их обжалования; поддержание адвокатом ходатайства доверителя, явно не основанного на законе; непринятие мер к поддержанию позиции доверителя о применении к нему в отделе полиции незаконных методов психологического и физического воздействия повлекло привлечение адвоката к дисциплинарной ответственности.
В АПИО поступили жалобы заявителей Г.Д.Н. и Г.М.Г. аналогичного содержания о нарушениях норм ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» и КПЭА, допущенных адвокатами С. и С.А.С. при осуществлении защиты Г.Д.Н. по уголовному делу на стадии предварительного расследования и рассмотрения дела в суде первой инстанции, которые (то есть нарушения), по мнению авторов жалоб, порочат авторитет адвокатуры, подрывают доверие к адвокату и не совместимы со статусом адвоката.
Распоряжением президента АПИО было возбуждено дисциплинарное производство в отношении адвоката С.
Квалификационная комиссия, рассмотрев дисциплинарное дело, установила следующее.
28.10.2016 года следователем отдела № ... СУ УМВД России по г. Иваново было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 228 УК РФ. В тот же день в качестве подозреваемого был задержан Г.Д.Н., была оформлена его явка с повинной, допрос в качестве подозреваемого, предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 228 УК РФ, он был допрошен в качестве обвиняемого. Вину в совершении незаконного приобретения и хранения без цели сбыта наркотического вещества в крупном размере Г.Д.Н. признал.
29.10.2016 года Ф…ский районный суд г. Иваново избрал в отношении Г.Д.Н. меру пресечения в виде заключения под стражу сроком на 2 месяца, которая несколько раз продлевалась (23.12.2016 года, 22.02.2017 года и 26.04.2017 года), вплоть до 26.06.2017 года, когда в ходатайстве следователю было отказано, и в отношении Г.Д.Н. была избрана подписка о невыезде и надлежащем поведении.
Кроме того, Г.Д.Н. был несколько раз допрошен в ходе расследования уголовного дела:

  • 18.11.2016 г. с участием адвоката С. При этом Г.Д.Н. дал показания о том, что 28.10.2016 г. в отделе полиции к нему были применены незаконные методы психологического и физического воздействия, свою причастность к совершению преступления отрицал, указывал на иное лицо, причастное к незаконным действиям с наркотическими веществами, и ходатайствовал о проведении в отношении него психофизиологической экспертизы с применением полиграфа.

Указанное ходатайство рассмотрено и разрешено не было, а сам протокол дополнительного допроса от 18.11.2016 г. в уголовном деле отсутствует и в описи материалов дела не значится.

  • 18.08.2017 г. с участием адвокатов С. и С.А.С., согласно протоколу допроса Г.Д.Н. изменил ранее данные показания и дал признательные показания в совершении незаконного сбыта и изготовлении наркотических веществ.
  • 27.09.2017 г. Г.Д.Н. было предъявлено обвинение в совершении покушения на незаконный сбыт наркотических средств в крупном размере, квалифицированное по ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ. Согласно протоколу допроса обвиняемого от 27.09.2017 г. с участием защитников С. и С.А.С., Г.Д.Н. вину в предъявленном обвинении признал.
  • 26.10.2017 г. Г.Д.Н. было предъявлено новое обвинение в совершении покушения на незаконный сбыт наркотических веществ в крупном размере, то есть по ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ. Согласно протоколу допроса обвиняемого от 26.10.2017 г. с участием защитников С. и С.А.С., Г.Д.Н. вину в предъявленном обвинении признал.

11.12.2017 г. приговором Ф…ского районного суда г. Иваново Г.Д.Н. был признан виновным в совершении покушения на незаконный сбыт наркотических веществ, совершенный в крупном размере, и по ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ приговорен к 8 годам 6 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. Мера пресечения в зале суда была изменена с подписки о невыезде на содержание под стражей.
08.02.2018 г. апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Ивановского областного суда приговор в отношении Г.Д.Н. был отменен в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона, а уголовное дело направлено на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе со стадии судебного разбирательства. Мера пресечения в отношении Г.Д.Н. была изменена с содержания под стражей на подписку о невыезде.
Уголовное дело на период дисциплинарного производства в отношении адвоката С. находится в производстве суда первой инстанции в стадии рассмотрения.
Адвокат С. осуществляла защиту Г.Д.Н. в уголовном судопроизводстве на стадии расследования уголовного дела и рассмотрения в суде первой инстанции. Ордер на осуществление защиты Г.Д.Н. был выдан коллегией адвокатов 31.10.2016 г. (защита на стадии расследования уголовного дела), хотя соглашение без номера об оказании юридической помощи с Г.Д.Н. было заключено адвокатом С. лишь 02.11.2016 г.
Квалификационная комиссия пришла к выводам об отсутствии доказательств, подтверждающих доводы заявителей о том, что:

  • адвокаты С. и С.А.С. убедили Г.Д.Н. в необходимости заявления ходатайства о заключении досудебного соглашения о сотрудничестве при непризнательной позиции по уголовному делу;
  • Г.Д.Н. подписал заранее составленные протоколы допросов обвиняемого от 18.08.2017 г., 27.09.2017 г. и 26.10.2017 г. без прочтения и 26.10.2017 г. в отсутствие защитников адвокатов С. и С.А.С.;
  • после подписания указанных протоколов допросов Г.Д.Н. была изменена квалификация обвинения на более тяжкое преступление, что ухудшало его положение по уголовному делу. При этом позиция обвинения основывалась исключительно на показаниях Г.Д.Н., зафиксированных в протоколах его допросов от 18.08.2017 г., 27.09.2017 г. и 26.10.2017 г.;
  • в ходе судебного следствия адвокаты С. и С.А.С. убедили Г.М.Г. дать показания, подтверждающие совершение Г.Д.Н. преступления, не разъяснив при этом положение статьи 51 Конституции РФ;
  • защитники С. и С.А.С. гарантировали подзащитному и его матери условное осуждение Г.Д.Н. в случае наличия признательных показаний самого Г.Д.Н. и изобличающих его показаний Г.М.Г.;
  • общая сумма гонорара адвокатов С. и С.А.С. составила 840000 рублей.

Квалификационная комиссия не согласилась с тем, что причиной изменения Г.Д.Н. обвинения в совершении более тяжкого преступления в ходе расследования уголовного дела явились действия адвоката С., поскольку в соответствии со ст. 171 УПК РФ следователь выносит постановление о привлечении лица в качестве обвиняемого, исходя из наличия достаточных доказательств, дающих основания для обвинения в совершении конкретного преступления. Указанное обстоятельство относится к оценке доказательств, что не входит в компетенцию квалификационной комиссии. Следует отметить также, что изготовление наркотических веществ, как квалифицирующий признак состава преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, Г.Д.Н. не вменялся, что видно из постановлений о привлечении в качестве обвиняемого от 27.09.2017 г., 26.10.2017 г. и из приговора суда.
В ходе расследования уголовного дела Г.М.Г. дважды допрашивалась в качестве свидетеля, а также давала показания в суде. При этом процессуальные права и обязанности ей разъяснялись соответственно следователем и судом, в том числе, право не свидетельствовать в отношении сына, предусмотренное ст. 51 Конституции РФ.
Адвокат С. отрицает какие-либо действия, связанные с дачей гарантий в исходе уголовного дела, а заявителями доказательств такового квалификационной комиссии не представлено.
То же относится к доводу Г.Д.Н. и Г.М.Г. о выплате адвокатам С. и С.А.С. гонорара в размере 840.000 рублей.
Квалификационной комиссией в ходе дисциплинарного производства установлены факты нарушения адвокатом С. норм законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре, Кодекса профессиональной этики адвоката, Стандарта осуществления адвокатом защиты в уголовном судопроизводстве, принятого 20.04.2017 г. VIII Всероссийским съездом адвокатов, и Положения «О соглашении (договоре) об оказании юридической помощи», утвержденного решением Совета Адвокатской палаты Ивановской области от 29.07.2016 года (вступило в силу с 01.09.2016 года), что свидетельствует о ненадлежащем исполнении адвокатом своих профессиональных обязанностей, а именно:
Адвокат С. приступила к защите Г.Д.Н. на стадии расследования уголовного дела без достаточных на то оснований, выписав ордер 31.10.2016 г., тогда как соглашение без номера с Г.М.Г. было заключено 02.11.2016 г. Из текста соглашения не следует, что его экземпляр был выдан Г.М.Г. Согласно отметкам, сделанным на соглашении, на протяжении ноября 2016 г. – апреля 2017 г. адвокат С. получала лично от Г.М.Г. деньги различными суммами от 5000 до 30000 рублей, а всего 150000 рублей, которые в кассу адвокатского образования не сдавала, квитанций Г.М.Г. не выдавала.
Коллегией адвокатов представлены квитанции о внесении на лицевой счет адвоката С. от 30.11.2017 г. № 269238 на сумму 8200 рублей с назначением платежа как защита в судебных заседаниях и № 269250 на сумму 141.800 рублей с назначением платежа как оказание юридической помощи по соглашению от 02.11.2016 г., на общую сумму 150.000 рублей.
Квалификационной комиссии адвокат С. пояснила, что полученные от Г.М.Г. деньги своевременно в кассу адвокатского образования не вносила и сделала это лишь 30.11.2017 г. При этом квитанции Г.М.Г. выданы не были.
Таким образом, адвокат С. нарушила Положение «О соглашении (договоре) об оказании юридической помощи», утвержденное решением Совета АПИО от 29.07.2016 г. (вступило в силу с 01.09.2016 г.), согласно которому адвокатская деятельность осуществляется на основе соглашения (договора) между адвокатом и доверителем; соглашение подлежит обязательной регистрации в день его заключения, а также подлежит одобрению подзащитным, в чьих интересах оно было заключено; вознаграждение, выплачиваемое адвокату, подлежит обязательному внесению в кассу адвокатского образования в тот же день с выдачей бланка строгой отчетности (пункты 1.1.,1.3.,1.4.,3.1., 3.2.).
Адвокат С. за весь период нахождения Г.Д.Н. под стражей вплоть до 26.06.2017 г. ни разу не посетила его в СИЗО № 1 г. Иваново, в том числе перед первым допросом с ее участием 18.11.2016 г., что не может свидетельствовать о надлежащем исполнении ею обязанностей по осуществлению квалифицированной защиты обвиняемого по уголовному делу. Квалификационная комиссия не соглашается с утверждением адвоката С. о достаточности времени для обсуждения позиции по делу с обвиняемым Г.Д,Н. при доставлении его в отдел полиции для проведения следственных действий, а также в суд для участия в рассмотрении ходатайства следователя о продлении срока содержания под стражей, поскольку обвиняемый имеет право на свидание с защитником наедине без ограничения продолжительности по времени, что возможно лишь в условиях встреч в следственном кабинете СИЗО № 1 г. Иваново, и не достижимо в кабинете следователя и в суде в присутствии конвоя.
При наличии к тому оснований, согласно высказанной в суде позиции защитника и обвиняемого Г.Д.Н., адвокат С. не приняла мер к обжалованию постановлений суда от 26.04.2017 г. о продлении Г.Д.Н. срока содержания под стражей.
Адвокат С. не посетила Г.Д. в СИЗО № 1 после вынесения приговора и не выяснила у него желание обжаловать приговор суда, а также не обжаловала приговор по собственной инициативе.
Указанные действия адвоката С. нарушают положения Стандарта осуществления адвокатом защиты в уголовном судопроизводстве, принятого 20.04.2017 года VIII Всероссийским съездом адвокатов, обязательного для исполнения всеми адвокатами.
Также адвокатом С.:

  • не принято мер по поддержанию позиции обвиняемого Г.Д.Н., о применении к нему в отделе полиции незаконных методов психологического и физического воздействия 28.10.2016 г. после задержания, а также смене показаний на непризнательные при допросе 18.11.2016 г.;
  • при ознакомлении с материалами уголовного дела не выявлены нарушения, допущенные следователем при расследовании уголовного дела, в частности, отсутствие в уголовном деле протокола дополнительного допроса Г.Д.Н. в качестве обвиняемого от 18.11.2016 г., где были зафиксированы его непризнательные показания в совершении преступления и сообщено о фактах незаконного воздействия со стороны сотрудников полиции, а также факта не рассмотрения следователем заявленного в протоколе ходатайства.
  • дважды поддержаны заявленные обвиняемым Г.Д.Н. ходатайства о применении судом особого порядка судебного разбирательства при ознакомлении с материалами уголовного дела 28.09.2017 г. и 26.10.2017 г., что противоречит положению ч. 1 ст. 314 УПК РФ, согласно которому обвиняемый вправе заявить о согласии с предъявленным обвинением и ходатайствовать о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства по уголовным делам о преступлениях, наказание за которые не превышает 10 лет лишения свободы, тогда как обвинение Г.Д.Н. по ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 288.1 УК РФ исключало такую возможность, исходя из санкции указанного уголовного закона (лишения свободы на срок от 10 до 20 лет).

В соответствии со ст. 2 и 6 Федерального закона № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ», адвокат является независимым профессиональным советником по правовым вопросам, а полномочия адвоката, участвующего в качестве представителя или защитника доверителя в уголовном судопроизводстве, регламентируются соответствующим процессуальным законодательством Российской Федерации.
Адвокат при осуществлении профессиональной деятельности обязан соблюдать:

  • Федеральный закон «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», в частности положения ст. 7, согласно которой адвокат обязан честно, разумно и добросовестно отстаивать права и законные интересы доверителя всеми не запрещенными законодательством Российской Федерации средствами;
  • Кодекс профессиональной этики адвоката, в частности положения ст. 8, согласно которой адвокат обязан честно, разумно, добросовестно, квалифицированно, принципиально и своевременно исполнять свои обязанности, активно защищать права, свободы и интересы доверителей всеми не запрещенными законодательством средствами, руководствуясь Конституцией Российской Федерации, законом и Кодексом профессиональной этики адвоката.

Адвокат С. в ходе рассмотрения дисциплинарного производства Советом АПИО выразила согласие с выводами квалификационной комиссии. Пояснила, что в будущем подобных фактов допускать в своей работе не будет.
Совет АПИО согласился с заключением Квалификационной комиссии и, принимая во внимание установленные факты нарушения адвокатом указанных положений Закона и Кодекса, признание адвокатом С. допущенных нарушений, непривлечение ее ранее к дисциплинарной ответственности, применил меру дисциплинарной ответственности в виде предупреждения.
Такая же мера дисциплинарной ответственности была применена Советом и к адвокату С.А.С., допустившему, как было установлено в ходе рассмотрения возбужденного в отношении него по жалобам тех же заявителей Г.Д.Н. и Г.М.Г. дисциплинарного производства, аналогичные нарушения.

https://fparf.ru/documents/disciplinary-practice/the-review-of-the-disciplinary-practice-of-lawyer-chamber-of-the-ivanovo-region-in-2018/