#559

Обзор дисциплинарной практики Адвокатской палаты Ивановской области за 2018 год (фрагмент № 2)

Регион: Ивановская область
Итог разбирательства: прекращение статуса адвоката;
Статья ФЗ: ФЗ ст.7 п.1 подп.4; ФЗ ст.25 п.6;
Статья КПЭА: КПЭА ст.5; КПЭА ст.8 п.1;
Тема: соглашение адвоката с доверителем; финансовые нарушения;
Дата: 31 дек. 2018 г.
Вид документа: Обзор дисциплинарной практики (фрагмент)

Текст документа

Вопреки требованиям законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре адвокат, заключив соглашение с доверителем, не зарегистрировал его в журнале учета соглашений (договоров); не внес полученный от доверителя наличными денежными средствами гонорар в кассу адвокатского образования; при этом оформил и выдал доверителю фиктивную квитанцию.
Распоряжением президента АПИО на основании жалобы заявителя А. и представления вице-президента Адвокатской палаты Ивановской области возбуждено дисциплинарное производство в отношении адвоката Н. в связи с ненадлежащим исполнением адвокатом своих профессиональных обязанностей и нарушениями требований законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре и КПЭА.
В представлении вице-президента АПИО, который поддержал доводы жалобы заявителя А., указано на несоблюдение адвокатом Н. требований п.2 ст.5 Кодекса профессиональной этики адвоката, пп.4 п.1 ст.7, п.6 ст.25 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ», п. 3.1 Положения о соглашении (договоре) об оказании юридической помощи (утв. решением Совета АПИО от 29.07.2016 года), которые выразились в том, что, оказывая юридическую помощь А., адвокат Н. соглашение с доверителем А. в журнале регистрации соглашений своего адвокатского образования (коллегии адвокатов) не зарегистрировал, полученные от А. денежные средства в сумме 10 000 рублей в кассу коллегии не внес.
Заявитель А. представила в АПИО квитанцию №…. на сумму 10 000 рублей, оформленную и выданную адвокатом Н. 04.09.2017 года. По сообщению председателя адвокатского образования, указанная квитанция в коллегии адвокатов не оформлялась, заявителю А. не выдавалась, по своему номеру и оформлению не соответствует приходно-кассовым ордерам, используемым в адвокатском образовании. Квитанция была приобщена к материалам гражданского дела в целях возможного взыскания судебных расходов. Впоследствии по заявлению А. квитанция в деле была заменена на копию и выдана ей.
В своих письменных объяснениях и в ходе рассмотрения дисциплинарного производства квалификационной комиссией адвокат Н., не согласившись с доводами представления и жалобы А., сообщил, что выполнял свои обязанности перед доверителем надлежащим образом, в рамках принятых на себя обязательств, однако, после первого же судебного заседания по ее делу, она отказалась от его услуг, а потому он впоследствии более не участвовал в рассмотрении этого дела. Факты отсутствия регистрации в установленном порядке соглашения, заключенного с А., а также не внесения полученных от нее денежных средств в кассу коллегии адвокатов и оформления квитанции в нарушение порядка, установленного в адвокатском образовании, адвокат признал.
Согласно заключению, квалификационной комиссией АПИО установлено следующее:
Адвокат Н. на основании заключенного между ним и доверителем А. соглашения принял на себя обязательства подготовить процессуальные документы, необходимые для обращения от ее имени в Л…ский районный суд г. Иваново, а также принять участие в рассмотрении в суде гражданского дела, возбужденного на основании этого обращения.
Соответственно между сторонами дисциплинарного производства возникли правоотношения, урегулированные действующим гражданским законодательством.
Согласно п. 3 ст. 10 ГК РФ разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются.
При таких обстоятельствах на заявителя жалобы, не согласного с поведением адвоката при выполнении своих обязанностей перед ним, а также с качеством оказанных адвокатом услуг, возлагается обязанность доказать обратное.
Кроме того, на основании п.1 ст.23 Кодекса профессиональной этики адвоката, разбирательство в квалификационной комиссии осуществляется на основе принципов состязательности и равенства участников дисциплинарного производства.
В этой связи комиссия отметила, что в рамках рассмотрения данного производства сторона заявителя обязана была, но не представила объективных данных, достоверных и достаточных доказательств того, что, выполняя данное поручение в части участия в рассмотрении вышеуказанного дела, Н. делал это недобросовестно и неквалифицированно (пассивно вел себя в ходе судебного заседания, не оказывая ей никакой правовой помощи, при этом явился туда с запахом алкоголя). При этом объяснения адвоката по этим обстоятельствам об обратном, выглядят логично и убедительно, ничем не опровергаются. Таким образом, указанные факты, во-первых, не нашли своего подтверждения в ходе дисциплинарного производства, а во-вторых, относятся к субъективной оценке поведения адвоката, т.е. не могут быть расценены как обоснованные.
Вместе с тем, в действиях адвоката Н. по несвоевременному составлению искового заявления, необходимого для обращения в суд от имени А., усматриваются нарушения п.п. 1 п. 1 ст. 7 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ» и п. 1 ст. 8 КПЭА, обязывающих адвоката при осуществлении своей деятельности исполнять свои обязанности честно, разумно, добросовестно и квалифицированно. Согласно п. 3.2 соглашения, заключенного между Н. и доверителем А., адвокат обязался составить процессуальные документы в течение пяти рабочих дней после произведения доверительницей оплаты. Исходя из того, что услуги Н. были оплачены 4 сентября 2017 года (что усматривается из представленной в распоряжение комиссии квитанции), очевидно, что исковое заявление должно было быть составлено им не позднее 11 сентября 2017 года. Как видно из информации о движении по гражданскому делу № …, размещенной на сайте Л…ского районного суда гор. Иваново, исковое заявление А. поступило в суд лишь 22 ноября 2017 года. Адвокат Н. подтвердил, что он сам подавал его на личном приеме, сам подписал его от имени своей доверительницы после его составления. Сам Н. подтвердил несвоевременность составления им рассматриваемого искового заявления, однако объяснил данный факт не предоставлением ему доверителем А. ряда необходимых для этого документов.
Комиссия критически отнеслась к объяснениям Н. в этой части. Если бы эта информация соответствовала действительности, адвокат, осознавая, что не сможет своевременно выполнить свои обязательства по независящим от него причинам, должен был уведомить об этом доверителя и разрешить вопрос об изменении в этой связи сроков выполнения своих обязательств, чего Н. в данном случае не сделал.
Адвокатом Н. были нарушены требования Положения о соглашении (договоре) об оказании юридической помощи, утв. решением Совета АПИО от 29 июля 2016 года, согласно которому такое соглашение (договор) подлежит обязательной регистрации в день его заключения в журнале учета соглашений адвокатского образования (п.1.3), а также требования п.6 ст.25 Федерального закона № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», п.3.1 названного Положения, согласно которым вознаграждение, выплачиваемое адвокату доверителем, подлежит обязательному внесению в кассу соответствующего адвокатского образования либо перечислению на его расчетный счет; все полученные адвокатом в качестве вознаграждения от доверителей наличные денежные средства приходуются в адвокатском образовании в тот же операционный день с выдачей бланка строгой отчетности (п. 3.2), а также положения п.2 ст.5 КПЭА о том, что адвокат должен избегать действий (бездействия), направленных к подрыву доверия к нему или к адвокатуре.
Согласно пп.4 п.1 ст.7 Федерального закона № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», адвокат обязан соблюдать кодекс профессиональной этики адвоката и исполнять решения органов адвокатской палаты субъекта РФ, ФПА РФ, принятые в пределах их компетенции.
Вопреки вышеприведенным положениям, адвокат Н., заключив исследуемое соглашение с доверителем А.:

  • не зарегистрировал его в журнале учета соглашений (договоров), который ведется в адвокатском образовании;
  • не внес полученный от доверителя наличными денежными средствами гонорар в кассу своего адвокатского образования;
  • оформил и выдал доверителю А.. квитанцию, не являющуюся подлинной, на неиспользуемом в адвокатском образовании бланке о якобы внесении этих денег в кассу адвокатского образования, что не соответствует действительности.

Адвокат Н. на заседании Совета АПИО согласился с выводами квалификационной комиссии.
В части несвоевременной подачи искового заявления в суд пояснил, что это было связано с тяжелым состоянием здоровья.
Относительно не регистрации соглашения, не внесения полученного от доверителя гонорара в кассу адвокатского образования и оформления квитанции, не являющей подлинной, сообщил следующее. Заключить соглашение с А. ему предложил его знакомый юрист, который ранее оказывал ей юридические услуги в связи с оспариванием последней действий ресурсоснабжающей организации. Несмотря на то, что он (адвокат Н.) не обладал достаточными познаниями нормативно-правовой базы в данной области, так как данная категория дел – не его специализация, из-за тяжелого материального положения он решил заключить соглашение. В офисе юриста, он составил соглашение с А., получил от нее 10 000 рублей и выдал ей квитанцию, которую выписал самостоятельно на имевшемся при нем бланке. После этого он 5 000 рублей передал указанному юристу, а остальную часть забрал себе и по указанным выше мотивам, не сдал в кассу адвокатского образования, а оставил себе.
Адвокатом Н. в период рассмотрения дисциплинарного производства доказательств наличия заболевания, препятствовавшего своевременной подаче искового заявления, не представлено.
Совет АПИО отметил, что за время разбирательства по жалобе адвокатом Н. не принимались меры к исправлению допущенного нарушения (внесению полученного от доверителя вознаграждения в кассу адвокатского образования), к возврату доверителю А. части либо полной суммы полученного от нее вознаграждения в связи с ее отказом от юридической помощи адвоката Н. и досрочным расторжением заключенного ранее соглашения, не принимались меры к примирению с заявителем жалобы.
Согласно Разъяснению Комиссии ФПА РФ по этике и стандартам по вопросу применения мер дисциплинарной ответственности, утвержденному Решением Совета ФПА РФ от 15 мая 2018 г. (Протокол № 3), которое (Разъяснение) является обязательным для всех адвокатских палат и адвокатов, «…состояние здоровья адвоката, …наличие неисполненных денежных обязательств перед третьими лицами, специализация адвоката в области уголовного судопроизводства и т.п. не могут быть приняты советом адвокатской палаты во внимание, поскольку наличие указанных обстоятельств не является основанием для освобождения адвоката от дисциплинарной ответственности».
Бездействие и действия адвоката Н., по мнению Совета АПИО, свидетельствуют о явном, осознанном и намеренном пренебрежении к надлежащему исполнению своих профессиональных обязанностей. Такое поведение адвоката несовместимо со статусом адвоката, поскольку порочит честь и достоинство адвоката, умаляет авторитет адвокатуры, способствует формированию негативного отношения к адвокатуре.
Совет, согласившись с заключением квалификационной комиссии и признав допущенные адвокатом нарушения существенными, применил к нему меру дисциплинарной ответственности в виде прекращения статуса адвоката.

https://fparf.ru/documents/disciplinary-practice/the-review-of-the-disciplinary-practice-of-lawyer-chamber-of-the-ivanovo-region-in-2018/