#550

Обзор дисциплинарной практики Адвокатской палаты Ханты-Мансийского автономного округа за 2019 год (фрагмент № 10)

Регион: Ханты-Мансийский автономный округ- Югра
Итог разбирательства: предупреждение;
Статья ФЗ: ФЗ ст.31 п.3 подп.9;
Статья КПЭА: КПЭА ст.8 п.1; КПЭА ст.13 п.1 подп.1; КПЭА ст.13 п.1 подп.2; КПЭА ст.24 п.5; КПЭА ст.25 п.1 подп.1;
Тема: конфликт интересов; нарушение этических норм;
Дата: 31 дек. 2019 г.
Вид документа: Обзор дисциплинарной практики (фрагмент)

Текст документа

Дисциплинарное производство по жалобе Ф. и В. в отношении адвоката Фо.

В адрес Адвокатской палаты ХМАО поступила жалоба Ф. в отношении адвоката Фо.
Заявитель в жалобе указывает, что адвокат Фо. осуществляла его защиту по уголовному делу 15 февраля 2019 при проведении следственного действия - допрос в качестве подозреваемого, в ходе которого он от дачи показаний отказался, воспользовавшись ст. 51 Конституции РФ.
17 июля 2019 года ему стало известно о защите адвокатом Фо. гр. В., при допросе последнего в качестве подозреваемого, в рамках того же уголовного дела.
Полагает, что адвокат Фо. нарушила п. 3 ч. 1 ст. 72 УПК РФ, т.е. оказывала юридическую помощь лицу по уголовному делу интересы которого противоречат интересам защищаемого или подозреваемого. Также адвокат Фо. допустила нарушение п. 1, 2 ч. 1 ст. 13 Кодекса профессиональной этики адвоката, адвокат не вправе принимать поручение на защиту по одному уголовному делу двух или более лиц, если интересы одного противоречат интересам другого и эти лица придерживаются различных позиций, по одним и тем же эпизодам дела. 16 и 17 февраля 2019 года адвокат Фо. продолжала оказывать ему юридическую помощь, не уведомив его об оказании юридической помощи В., который по делу дает показания, направленные на признание факта совершения преступления.
Просит привлечь адвоката Фо. к дисциплинарной ответственности, а также объединить его жалобу в одно производство с жалобой В. для рассмотрения по существу.
Кроме того, поступила жалоба от В., который просит привлечь к дисциплинарной ответственности адвоката Фо., являющуюся его защитником по уголовному делу.
В качестве основании для привлечения к дисциплинарной ответственности указывает о его длительном избиении сотрудниками полиции. Следователь в присутствии адвоката знакомил его с готовыми протоколами допроса, но он выразил несогласие с формулировкой. Однако адвокат Фо. пояснила, что все записано все верно. Он понял, что адвокат не будет его защищать. Адвокат подписала протокол, при этом время, когда она пришла, в протоколе не было указано. В дальнейшем ему стало известно, что адвокат ранее оказывала юридическую помощь Ф., К. Адвокат Фо. советовала сотрудничать со следствием и фактически оказывала юридическую помощь следователю. Просит его жалобу объединить в одно производство с жалобой Ф.
9 октября 2019 года президентом Адвокатской палаты Ханты-Мансийского автономного округа на основании ст. 31 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» было возбуждены дисциплинарные производства в отношении адвоката Фо. (распоряжение № 45) по жалобам Ф. и В. В соответствии с п.2.1 ст. 20 Кодекса профессиональной этики адвоката дисциплинарные производства объединены в одно производство, материалы которого были направлены на рассмотрение Квалификационной комиссии Адвокатской палаты.

Адвокат Ф. надлежащим образом извещена о времени и месте рассмотрения дисциплинарного производства, на заседание Совета Адвокатской палаты ХМАО не явилась.
Совет Адвокатской палаты ХМАО считает возможным рассмотреть дисциплинарное производство в отсутствие адвоката Ф., поскольку неявка кого-либо из участников дисциплинарного производства не препятствует рассмотрению дисциплинарного производства и принятию решения (п. 5 ст. 24 Кодекса профессиональной этики адвоката).

Адвокат Фо. представила объяснения, в которых указала, что 15 февраля 2019 г. в соответствии с графиком дежурств осуществляла защиту Ф. В ходе допроса в качестве подозреваемого и обвиняемого по ее рекомендации была избрана позиция, в соответствии со ст. 51 Конституции РФ не давать показания по существу подозрения и обвинения. 17 февраля 2019 года Ф. от ее услуг отказался. 15 февраля 2019 года ей также осуществлялась защита В., который дал признательные показания по делу. Кроме того, В. сообщил ей, что Ф. не знает. О том, что Ф. и В. проходят по одному делу, ей было не известно. Следователь ей сообщил, что в отношении В. возбуждено новое уголовное дело. Исходя из данных обстоятельств, считает, что ею права Ф. и В. не нарушены.
Квалификационная комиссия на заседании 6 ноября 2019 года пришла к заключению о наличии в действиях адвоката Фо. нарушений норм законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре и Кодекса профессиональной этики адвоката.
Совет Адвокатской палаты ХМАО, изучив материалы дисциплинарного производства, обсудив заключение Квалификационной комиссии, согласился с фактическими обстоятельствами, установленными Квалификационной комиссией.
В соответствии со ст. 23 Кодекса профессиональной этики адвоката разбирательство по дисциплинарному производству осуществляется на основе принципов состязательности и равенства участников дисциплинарного производства.
При рассмотрении дисциплинарного производства необходимо исходить из презумпции добросовестности адвоката, обязанность опровержения которой возлагается на заявителя (участника дисциплинарного производства, требующего привлечения адвоката к ответственности), который должен доказать те обстоятельства, на которые он ссылается, как на основание своих требовании.
В соответствии с пп. 1, 4 ст. 7 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» адвокат обязан: честно, разумно и добросовестно отстаивать права и законные интересы доверителя всеми не запрещенными законодательством Российской Федерации средствами; соблюдать Кодекс профессиональной этики и исполнять решения органов адвокатской палаты субъекта Российской Федерации, Федеральной палаты адвокатов Российской Федерации, принятые в пределах их компетенции.
В соответствии с п. 2 ст. 5 Кодекса профессиональной этики адвоката адвокат должен избегать действий (бездействия), направленных к подрыву доверия к нему или к адвокатуре.
Согласно п. 1 ст. 8 Кодекса профессиональной этики адвоката, адвокат обязан: честно, разумно, добросовестно и своевременно исполнять свои обязанности, активно защищать права, свободы и интересы доверителей всеми не запрещенными законодательством средствами, руководствуясь Конституцией Российской Федерации, законом и настоящим кодексом.
В соответствии с пп. 1 и 2 п. 1 ст. 13 Кодекса профессиональной этики адвокат не вправе принимать поручение на защиту по одному угловому делу двух и более лиц если интересы одного противоречат интересам другого, и, если эти интересы одного хотя и не противоречат интересам другого, но эти лица придерживаются различных позиций по одним и тем же эпизодам дела.
В соответствии с п. 3 ст. 72 УПК РФ защитник не вправе участвовать в производстве по уголовному делу, если он оказывает или ранее оказывал юридическую помощь лицу, интересы которого противоречат интересам защищаемого им подозреваемого либо представляемого им потерпевшего. Отвод защитника осуществляется в соответствии со ст. 69 УПК РФ.
Достоверно установлено, осуществление защиты адвокатом Фо. Ф. и В., подозреваемых в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 282.2 УК РФ. Данный факт подтверждается адвокатским ордером № 11 от 15 февраля 2019 года, выданным адвокатским образованием на защиту В., адвокатским ордером № 10 от 15 февраля 2019 года, выданным адвокатским образованием на защиту Ф., протоколами допроса обвиняемого от 15 и 16 февраля 2019 года, также дополнительно - пояснениями заявителей, изложенных в обращениях.
Ф. от дачи показаний в качестве подозреваемого в присутствии адвоката Фо. отказался на основании ст. 51 Конституции РФ. Однако указанный факт не является бесспорным доказательством того, что Фо. не знала или не могла знать о наличии конфликта интересов по уголовному деле между подозреваемыми Ф. и В.
Адвокат Фо. неоднократно оказывала юридическую помощь заявителям в качестве защитника по указанному уголовному делу, в том числе участвовала в судебном заседании при рассмотрении судом ходатайства следователя об избрании в отношении Ф. меры пресечения в виде заключения под стражу (15 февраля 2019 года в период с 16 ч. 50 мин. и с 17 ч. 35 мин до 17 ч. 45 мин. и 17 февраля 2019 года – избрание меры пресечения), защиту В. осуществляла 15 февраля 2019 года в период времени с 20 ч. 02 мин. до 20 ч.35 мин.
При осуществлении защиты адвокат выясняет в связи, с чем вызван на допрос подзащитный. При этом разъясняет подзащитному, как проходит процедура допроса, выясняет у подзащитного обстоятельства дела. Адвокат обязан активно защищать законные права, свободы и интересы доверителей. Таким образом, при осуществлении защиты Ф. и В. адвокату Фо. в соответствии с требованиями Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» достоверно было известно, что интересы Ф. противоречат интересам В. Данный факт также подтверждается протоколами допроса обвиняемого от 15.02.2019 и 16.02.2019, где Ф. и В. выбрали разную позицию по делу.
Кроме того, ответ № 475 от 03.10.2019 следователя по особо важным делам первого следственного отдела СК России подполковника юстиции Г., направленный в адрес президента Адвокатской палаты Ханты-Мансийского автономного округа, бесспорно подтверждает, что адвокат Фо. достоверно установила, что интересы Ф. противоречат интересам В. Данный довод не является голословным, а установлен и подтверждается протоколами допросов Ф. и В., содержащимися в материалах уголовного дела, находящиеся в производстве первого следственного отдела СК России.
Ознакомление В. в присутствии адвоката Фо. с готовым протоколом допроса подозреваемого, подписание протокола допроса В., в результате страха, не нашли своего подтверждения.

В соответствии со ст. 167 УПК РФ протокол следственного действия должен содержать: места, дата производства следственного действия, его начало, должности, фамилию лица, составившего протокол, в протоколе описываются процессуальные действия, использование технических средств, могут прилагаться фотографические снимки. (не предусмотрено отражение в протоколе следственного действия время прибытия адвоката). Соответственно отражение в протоколе допроса подозреваемого (обвиняемого) время прибытия адвоката в следственный орган, в целях осуществления защиты по уголовному делу законом не предусмотрено, доказательств оказания защиты по этому же уголовному делу К. не представлено, как и не представлено доказательств оказания юридической помощи следователю.

Следовательно, жалобу В. в указанной части нельзя признать обоснованной, поскольку доводы не нашли своего подтверждения.

Медицинские документы, приложенные к обращению, не могут являться предметом рассмотрения, поскольку установление факта причинения телесных повреждений сотрудниками полиции, не входит в компетенцию органов адвокатского самоуправления.
При таких обстоятельствах Совет Адвокатской палаты, как и Квалификационная комиссия приходит к выводу о наличии в действиях адвоката Фо. нарушения в виде принятия поручения на защиту по одному уголовному делу двух лиц, если интересы одного противоречат интересам другого.

На основании изложенного, руководствуясь подп. 9 п. 3 ст. 31 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», подп. 1 п. 1 ст. 25 Кодекса профессиональной этики адвоката, принятого первым Всероссийским съездом адвокатов 31 января 2003 года, Совет Адвокатской палаты ХМАО

РЕШИЛ:
Объявить предупреждение адвокату Фо. за нарушение норм законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре и Кодекса профессиональной этики адвоката, выразившееся в неисполнении п. 1, 2 ч .1 ст. 13, п. 1 ст. 8 Кодекса профессиональной этики адвоката.

http://advokat.tm-ss.ru/to-lawyers/disciplinary-practice.html