#541

Обзор дисциплинарной практики Адвокатской палаты Ханты-Мансийского автономного округа за 2019 год (фрагмент № 1)

Регион: Ханты-Мансийский автономный округ- Югра
Итог разбирательства: предупреждение;
Статья ФЗ: ФЗ ст.25 п.1; ФЗ ст.31 п.3 подп.9;
Статья КПЭА: КПЭА ст.8 п.1;
Тема: соглашение адвоката с доверителем; незаключение соглашения на оказание юридической помощи;
Дата: 31 дек. 2019 г.
Вид документа: Обзор дисциплинарной практики (фрагмент)

Текст документа

Дисциплинарное производство по жалобе У. в отношении адвоката Адвокатского кабинета Д.

Из жалобы У. следует, что она обратилась к адвокату Д. за юридической помощью. При этом оплатила гонорар в размере * рублей, путем перечисления денежных средств с принадлежащей ей банковской карты на банковскую карту Д. Однако соглашение на оказание юридических услуг заключено не было, как и не была выписана квитанция об оплате денежных средств. Кроме того, ссылается на низкую квалификацию адвоката, нежелание отстаивать интересы доверителя. Поскольку соглашение не заключено, обязанности адвоката, принятые на себя Д., ей не известны. Просит решить вопрос о возврате денежных средств.
25 декабря 2018 года президентом Адвокатской палаты Ханты-Мансийского автономного округа на основании ст. 31 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» было возбуждено дисциплинарное производство в отношении адвоката Д. (распоряжение № 82), материалы которого были направлены на рассмотрение Квалификационной комиссии Адвокатской палаты.
Адвокат Д. надлежащим образом извещена о времени и месте рассмотрения дисциплинарного производства, на заседание Совета Адвокатской палаты ХМАО не явилась.
Совет Адвокатской палаты ХМАО считает возможным рассмотреть дисциплинарное производство в отсутствие адвоката Д., поскольку неявка кого-либо из участников дисциплинарного производства не препятствует рассмотрению дисциплинарного производства и принятию решения (п. 5 ст. 24 Кодекса профессиональной этики адвоката).
Квалификационная комиссия на заседании 20 февраля 2019 года пришла к заключению о наличии в действиях адвоката Д. нарушения норм законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре и Кодекса профессиональной этики адвоката, выразившихся в неисполнении ст. 25 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации».
Совет Адвокатской палаты ХМАО, изучив материалы дисциплинарного производства, обсудив заключение Квалификационной комиссии, согласился с фактическими обстоятельствами, установленными Квалификационной комиссией.
При рассмотрении дисциплинарного производства установлено следующее.

У. представлен чек от 15 июня 2018 года об оплате услуг в сумме * рублей. Однако из указанного чека не представляется возможным установить получателя денежных средств.

Таким образом, факт получения Д. денежных средств в размере * рублей от У. не нашел своего подтверждения.

Между тем, как следует из решения Сургутского городского суда от 24 августа 2018 года, адвокат Д. являлась представителем У. в судебном заседании (л. 2 решения). Также, на имя адвоката Д. оформлена нотариальная доверенность от 19 июня 2018 года от У.И.В. и У.Т.И., которой адвокат Д. уполномочена представлять интересы указанных лиц во всех судебных, административных, и правоохранительных органах.
Таким образом, адвокат Д. представляла интересы У., что достоверно установлено, представленными и вышеуказанными документами. Но при этом, в отсутствие соглашения на оказание юридической помощи.

Факт низкой квалификации, нежелание отстаивать интересы доверителя не нашел своего подтверждения. Судебное решение, которым удовлетворены исковые требования истца-Администрации города Сургута, а также отказ в удовлетворении встречных исковых требовании истца по встречному иску-У., не является показателем низкой квалификации адвоката и нежеланием отстаивать законные интересы доверителя.
В соответствии с положениями ст. 7 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» адвокат обязан честно, разумно и добросовестно отстаивать права и законные интересы доверителя всеми не запрещенными законодательством Российской Федераций средствами, соблюдать кодекс профессиональной этики адвоката и исполнять решение органов адвокатской палаты субъекта Российской Федерации, принятые в пределах их компетенции.

Согласно п. 1 ст. 8 Кодекса профессиональной этики адвоката, при осуществлении профессиональной деятельности адвокат обязан честно, разумно, добросовестно, активно защищать права, свободы и интересы доверителей всеми не запрещенными законодательством средствами, руководствуясь Конституцией Российской Федерации, законом и настоящим Кодексом.
В соответствии с п.1 ст. 25 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» адвокатская деятельность осуществляется на основе соглашения между адвокатом и доверителем. Пункт 2 указанной статьи гласит о том, что соглашение представляет собой гражданско-правовой договор, заключаемый в простой письменной форме между доверителем и адвокатом (адвокатами), на оказание юридической помощи самому доверителю или назначенному им лицу.
Однако в нарушение данной нормы права, соглашение между адвокатом Д. и У. заключено не было.
Таким образом, Совет Адвокатской палаты, как и Квалификационная комиссия приходит к выводу, о наличии в действиях адвоката Д. нарушения п. 1 ст. 25 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации».
Вопросы возврата денежных средств и возложение на адвоката обязанностей по возврату денежных средств не входят в компетенцию органов Адвокатской палаты и должны решаться доверителем непосредственно с адвокатом или в судебном порядке.

На основании изложенного, руководствуясь подп. 9 п. 3 ст. 31 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», подп. 1 п. 1 ст. 25 Кодекса профессиональной этики адвоката, принятого первым Всероссийским съездом адвокатов 31 января 2003 года, Совет Адвокатской палаты ХМАО

РЕШИЛ:
Объявить предупреждение адвокату Д. за нарушение норм законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре и Кодекса профессиональной этики адвоката, выразившееся в неисполнении ст. 25 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации».

http://advokat.tm-ss.ru/to-lawyers/disciplinary-practice.html