#534

Обзор дисциплинарной практики Адвокатской палаты Санкт-Петербурга за 2 полугодие 2019 года (фрагмент № 19)

Регион: Санкт-Петербург
Итог разбирательства: прекращение ДП по отсутствию нарушения норм ФЗ и КПЭА;
Статья ФЗ:
Статья КПЭА: КПЭА ст.14 п.1;
Тема: неявка адвоката;
Дата: 31 дек. 2019 г.
Вид документа: Обзор дисциплинарной практики (фрагмент)

Текст документа

Недостаточное выпрямление позвоночника и неявка в суд по уважительной причине не могут служить основаниями для привлечения адвоката к дисциплинарной ответственности, решили Комиссия и Совет.

Две жалобы поступили в АП СПб из Колпинского районного суда Санкт-Петербурга в отношении адвоката К.

Из первой следовало, что адвокат К. осуществлял в порядке ст.51 УПК РФ защиту Б. Судья указал, что в ходе судебного процесса адвокат К. неоднократно допускал нарушения порядка в судебном заседании: прерывал председательствующего, жестикулировал, комментировал судебный процесс во время выяснения у обвиняемой Б. позиции по заявленному следственными органами ходатайству, обращался к участникам процесса не вставая. Замечания, которые объявлялись судом адвокату (не менее 5 раз), защитником игнорировались.

Кроме того, перед удалением председательствующего в совещательную комнату защитник высказал реплику о подаче жалобы на действия председательствующего в Квалификационную коллегию судей и председателю Колпинского районного суда города Санкт-Петербурга.

Суд посчитал, что указанные действия адвоката К. являются нарушением ст.7 Закона об адвокатуре и ст.ст.9 и 12 КПЭА, при этом указание в судебном процессе о дальнейшем обжаловании действий председательствующего носит характер давления на судью с целью вынесения решения, необходимого стороне защиты.

Адвокат К. также являлся защитником Р. в другом уголовном деле, которое рассматривалось тем же судом. 9 июля защитник был лично уведомлен телефонограммой о дате судебного заседания – 22 июля, а 17 июля он направил в суд ходатайство об отложении судебного разбирательства в связи с его участием в другом заседании в другом суде, согласованном ранее, при этом каких-либо подтверждающих материалов к ходатайству приложено не было.

При этом суд указывал, что направленные им в АП СПб заявки для предоставления в судебный процесс другого защитника по назначению были отклонены. Суд посчитал неявку защитника и отклонение АП СПб заявок о предоставлении другого адвоката повлекли невозможность возобновления производства по уголовному делу, срыв судебного разбирательства и затягивание сроков рассмотрения уголовного дела.

Из протокола судебного заседания по первому делу в отношении Б. следовало, что между председательствующим и адвокатом К. возникли разногласия в связи с различным толкованием правил ведения судебного процесса и поведения его участников. При этом адвокат К. вступил в пререкания с судьей, прерывал его, обращался к судье и участникам процесса с места не вставая, вслух комментировал ход судебного процесса во время выяснения судом позиции обвиняемой.

Адвокат К. был категорически не согласен с такой трактовкой его поведения, что подтвердил копией его обращения к председателю Колпинского районного суда Санкт-Петербурга и копией замечаний на протокол судебного заседания.

Оценивая указанные обстоятельства, Комиссия и Совет заметили, что нормами УПК РФ именно на председательствующего возложена обязанность по обеспечению соблюдения порядка в судебном заседании. В соответствии с ч.1 ст.258 УПК РФ при нарушении порядка в судебном заседании, неподчинении распоряжениям председательствующего лицо, присутствующее в зале судебного заседания, предупреждается о недопустимости такого поведения. Из протокола следовало, что адвокату К. неоднократно объявлялись «замечания», то есть судом применена форма реагирования на нарушение, не предусмотренная УПК РФ. Это, по мнению Комиссии и Совета, свидетельствует о том, что тяжесть допущенных адвокатом нарушений не достигала уровня, за которым должно следовать «предупреждение», предусмотренное процессуальным законом. Это согласуется и с пояснениями адвоката об излишней нервозности обстановки в зале суда и, возможно, недостаточно четкой артикуляции им своих физических действий, в частности, «привставание» с места при обращении к участникам процесса, вместо вставания в полный рост.

В соответствии с ч.2 ст.257 УПК РФ обращаться к суду и давать показания необходимо стоя. Однако, по мнению Комиссии и Совета, недостаточное выпрямление позвоночника не может служить основанием для привлечения адвоката к дисциплинарной ответственности.

Адвокат вправе возражать суду в соответствии с ч.3 ст.243 УПК РФ, высказывая и мотивируя свою позицию по делу, но не вправе делать суду замечания. А согласно требованиям ст.12 КПЭА, возражая против действия судей, адвокат должен делать это в корректной форме и в соответствии с законом. Однако, каких-либо замечаний в адрес суда со стороны адвоката К. в протоколе судебного заседания не зафиксировано.

При таких обстоятельствах Комиссия и Совет пришли к выводу, что даже при наличии формальных нарушений правил поведения в судебном заседании со стороны адвоката К., уровень их тяжести находился в пределах проявленной адвокатом неосторожности и не мог повлечь за собой применения мер дисциплинарной ответственности.

Что касается второго дела в отношении Р., то в соответствии с п.1 ст.14 КПЭА суд был заблаговременно уведомлен адвокатом К. о невозможности своего присутствия на заседании 22 июля: в личной беседе с судьей 15 июля и в ходатайстве от 17 июля об отложении дела на 6 августа – дату, согласованную с судом. Текст ходатайства подтверждает позицию адвоката К., а представленная повестка на заседание другого суда подтверждает обоснованность отсутствия адвоката на заседании Колпинского районного суда 22 июля.

Таким образом, Комиссия и Совет решили, что неявка адвоката К. в судебное заседание 22 июля была обусловлена уважительными причинами, о которых адвокат заблаговременно и надлежащим образом уведомил суд.

Дисциплинарное производство в отношении адвоката К. было прекращено.

http://www.apspb.ru/news.php?news=17032020_080