#494

Заключение квалификационной комиссии Адвокатской палаты Московской Области от 12 мая 2016 года № 11/ 05-16

Регион: Московская область
Итог разбирательства: наличие нарушения норм ФЗ и КПЭА;
Статья ФЗ: ФЗ ст.7 п.1 подп.1;
Статья КПЭА: КПЭА ст.8 п.1;
Тема: соглашение адвоката с доверителем; недобросовестность при исполнении поручения;
Дата: 12 мая 2016 г.
Вид документа: Заключение квалификационной комиссии АП

Текст документа

30.03.2016 г. в АП МО поступила жалоба У.З.Б. в отношении адвоката М.Ю.П., в которой заявительница сообщает, что 12.11.2015 г. между ней и адвокатом М.Ю.П. было заключено соглашение на представление интересов в Д. суде г. Москвы. Адвокату выплачено 150 000 рублей и выдана доверенность. Адвокат дважды не являлась в заседание суда, возражала против личной явки заявительницы в суд, с материалами дела не ознакомилась, уехала в отпуск не сообщив об этом ни суду, ни заявительнице. В результате недобросовестных действий адвоката, заявительница была лишена возможности представлять доказательства, возражать против доводов, изложенных в отзыве на исковое заявление, и лишилась права на ½ имущества, нажитого за время брака. Заявительница считает, что соглашение не было выполнено в полном объёме, и адвокат должна была согласовать сумму вознаграждения, подлежащего возврату.
В жалобе ставится вопрос о привлечении адвоката к дисциплинарной ответственности.
К жалобе заявительницей приложены копии следующих документов:

  • соглашения об оказании юридической помощи от 12.11.2015 г. № 7/8 15 на представление интересов заявительницы по гражданскому делу;
  • доверенности адвоката на представление интересов У.З.Б. в суде;
  • заявления об отмене доверенности от 10.02.2016 г.;
  • квитанции от 12.11.2015 г. к приходному кассовому ордеру, подтверждающей внесение заявительницей 150 000 рублей;
  • определения Д. суда г. Москвы от 15.02.2016 г. об оставлении апелляционной жалобы без движения;
  • решения Д. суда г. Москвы от 27.01.2016 г. по гражданскому делу по иску о разделе совместно нажитого имущества, согласно которого заявительнице отказано в удовлетворении исковых требований;
  • протокола судебного заседания от 24.12.2015 г.;
  • уведомления о расторжении соглашения, направленного по электронной почте 16.02.2016 г. адвокату М. Ю.П.;
  • требования заявительницы, направленного в КА «Новый», содержащего доводы аналогичные изложенным в жалобе;
  • ответа адвоката М.Ю.П. на требования заявительницы, направленные в КА «Новый».

В заседании комиссии У.З.Б. поддержала доводы жалобы, на вопросы членов комиссии пояснила, что требование о разделе совместно нажитого имущества было выделено судом в отдельное производство. Иск подавала не М.Ю.П. Спорная квартира была приобретена за время брака. Адвокат не явилась в судебное заседание 24.12.2015 г., когда ответчик представил сфальсифицированные документы. Заявительница просила М. Ю.П. заявить о фальсификации, но та отказалась. Также адвокат не явилась в судебное заседание 27.01.2016 г., когда суд отказал в иске. В настоящее время заявительница получила необходимые документы, подтверждающие подложность сведений, представленных ответчиком, но заявить их уже не может, потому что в суде первой инстанции они не были заявлены.
По спору о взыскании алиментов, У.З.Б. требовала взыскать 60 000 рублей, но суд взыскал только 10 000 рублей, потому что адвокат не представила доказательств занижения ответчиком дохода.
В заседании комиссии адвокат не согласилась с доводами жалобы и пояснила, что с 18.01.2016 г. находилась в отпуске, который был запланирован заранее и У.З.Б. об этом знала. Суд не известил её надлежащим образом о назначении судебного заседания, а сама адвокат не стала узнавать о дате назначения дела к слушанию, потому что у неё уже были куплены билеты, и поездка могла бы сорваться, если дело назначили бы на отпуск. Поэтому адвокат решила, что её позиция – не ходить в суд, пока она не получит извещения о дате судебного заседания. 21.12.2015 г. адвокат направила в суд по электронной почте ходатайство об отложении судебного заседания и сообщила номер листка нетрудоспособности, дело было отложено. После поступления претензии заявительницы адвокат вернула ей 35 000 рублей (У.З.Б. данное обстоятельство подтвердила). По иску о разделе позиция изначально была «шаткая», поскольку квартира была приобретена на средства супруга и доказательств обратного не было.
По иску о взыскании алиментов ответчик представил справку формы 2 НДФЛ, что обусловило размер взыскания.
По ходатайству адвоката к материалам дисциплинарного производства приобщены следующие документы:

  • заявления адвоката, поданного в канцелярию суда 09.02.2016 г. с просьбой известить её о дате изготовления решения суда по иску У.З.Б. о разделе совместно нажитого имущества;
  • листка нетрудоспособности адвоката, выданного с 30.12.2015 г. по 05.01.2016 г.;
  • выписка из медицинской карты М.Ю.П.;
  • скриншотов электронных писем адвоката судье Г.;
  • копия квитанций авиабилетов М.Ю.П.;
  • распечатки звонков с телефонного номера М.Ю.П.

Рассмотрев доводы жалобы, заслушав стороны и изучив представленные документы, комиссия приходит к следующим выводам.
12.11.2015 г. между сторонами рассматриваемого дисциплинарного производства было заключено соглашение № 7/8 15 на представление интересов заявительницы по гражданскому делу о разделе совместно нажитого имущества, взыскании алиментов, определения места жительства ребёнка в Д. суде г. Москвы. Вознаграждение адвоката определено в размере 150 000 рублей. Заявительница выплатила вознаграждение, выдала адвокату доверенность на ведение дела в суде.

В силу п.п. 1 п. 1 ст. 7 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ», п. 1 ст. 8 Кодекса профессиональной этики адвоката, адвокат обязан честно, разумно, добросовестно и активно отстаивать права и законные интересы доверителя всеми не запрещенными законодательством РФ средствами, а также честно, разумно, добросовестно, квалифицированно, принципиально и своевременно исполнять свои обязанности.
Являясь независимым профессиональным советником по правовым вопросам (абз. 1 п. 1 ст. 2 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ»), адвокат самостоятельно определяет тот круг юридически значимых действий, которые он может и должен совершить для надлежащей защиты прав и законных интересов доверителя. Границами такой самостоятельности выступают требования п.п. 1 п. 1 ст. 7 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ», п. 1 ст. 8 Кодекса профессиональной этики адвоката, а также нормы соответствующего процессуального законодательства.
Поэтому комиссия проверяет формальное соответствие действий адвоката по исполнению поручения доверителя требованиям законодательства об адвокатской деятельности, отсутствие грубых и очевидных ошибок адвоката при исполнении поручения доверителя. Это полностью соотносится с позицией Европейского Суда по правам человека, который указывал, что в качестве общего правила, риск ошибок, совершённых адвокатом, несёт доверитель (см. дело Kamasinski v. Austria, 65).
Согласно п. 2 ст. 19 Кодекса профессиональной этики адвоката, поступок адвоката, который порочит его честь и достоинство, умаляет авторитет адвокатуры, неисполнение или ненадлежащее исполнение адвокатом своих профессиональных обязанностей перед доверителем, а также неисполнение решений органов адвокатской палаты должны стать предметом рассмотрения соответствующих квалификационной комиссии и Совета, заседания которых проводятся в соответствии с процедурами дисциплинарного производства.
Таким образом, несогласие доверителя с объёмом выполненной адвокатом работы и его результатом не может рассматриваться квалификационной комиссией, вопрос об этом подлежит разрешению в судебном порядке.

Вместе с тем, как следует из объяснений сторон, адвокат не присутствовала в судебном заседании по гражданскому делу по иску заявительницы о разделе совместно нажитого имущества 24.12.2015 г. и 27.01.2016 г. Неявка в судебное заседание 24.12.2015 г. была вызвана болезнью адвоката, что подтверждается листком нетрудоспособности, а неявка 27.01.2016 г. – нахождением адвоката в отпуске.
27.01.2016 г. Д. судом г. Москвы, несмотря на отсутствие в судебном заседании заявительницы и адвоката, было принято решение, которым в исковых требованиях о разделе совместно нажитого имущества У.З.Б. было отказано. При этом, как отмечено в решении суда, суд в отношении ходатайства адвоката об отложении судебного разбирательства указал, что адвокат, направляя в суд ходатайство об отложении судебного заседания, не поставила суд в известность о невозможности участия в судебных заседаниях в период с 18.01.2016 г. по 05.02.2016 г. в связи с отпуском, «просьбу суду о не назначении судебного заседания в указанный период ходатайство не содержало». Кроме того, в данном решении суд указал, что адвокат М.Ю.П. не представила суду доказательств уважительности причин неявки в судебное заседание 24.12.2015 г., а также доказательств, подтверждающих, что 27.01.2016 г. она находилась в отпуске с выездом за пределы территории РФ.
В силу п. 3 ст. 14 Кодекса профессиональной этики адвоката, при использовании права на отпуск (отдых) адвокат должен принять меры к обеспечению законных прав и интересов доверителя.
Таким образом, при ведении адвокатом дел по соглашению, он обязан планировать свою занятость исходя не только из личных потребностей, но и учитывая потребность доверителя в получении квалифицированной юридической помощи. Планируя свой отпуск на период с 18.01.2016 г. по 05.02.2016 г. адвокат М.Ю.П. не могла считать себя свободной от обязанностей, вытекающих из заключенного с У.З.Б. соглашения об оказании юридической помощи.
Комиссия считает, что пассивное ожидание адвокатом извещения суда о дате судебного заседания, её нежелание самостоятельно выяснить эту дату, дабы не сорвать запланированный отпуск, никак не согласуется с требованием п.п. 1 п. 1 ст. 7 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ», п. 1 ст. 8 Кодекса профессиональной этики адвоката, о честном, разумном, добросовестном и активном отстаивании прав и законных интересов доверителя, квалифицированном, принципиальном и своевременном исполнении своих обязанностей.
Ознакомление с протоколом судебного заседания от 24.12.2016 г. (в котором ни адвокат, ни заявительница не участвовали), позволяет установить, что в данном судебном заседании суд удовлетворил ходатайство представителя ответчика о приобщении ряда документов (договор целевого дарения, акт приёма-передачи, договор купли-продажи, свидетельство о государственной регистрации права, выписка из ЕГРП).

У.З.Б. указала, что узнав об этом, она просила адвоката заявить о том, что эти документы сфальсифицированы, но адвокат не предприняла никаких действий. Впоследствии, при принятии судом решения об отказе в исковых требованиях, представленные ответчиком документы использованы в качестве доказательств. Комиссия считает, что в такой ситуации адвокат М.Ю.П. должна была не только принять все меры по оказанию У.З.Б. юридической помощи в следующем судебном заседании (27.01.2016 г.), но и, ознакомившись с материалами дела, обосновать и донести до суда позицию истицы У.З.Б. по поводу документов, приобщённых по ходатайству представителя ответчика.

Кроме того, адвокатом не представлено доказательств, что после судебного заседания, состоявшегося 24.12.2015 г., она ознакомилась с материалами дела, содержащими вышеуказанные документы.

На основании изложенного, оценив собранные доказательства, комиссия приходит к выводу о наличии в действиях адвоката М.Ю.П. нарушений п.п. 1 п. 1 ст. 7 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ», п. 1 ст. 8, п. 3 ст. 14 Кодекса профессиональной этики адвоката, и ненадлежащем исполнении своих обязанностей перед доверителем У.З.Б.
При вынесении решения Квалификационная комиссия принимает во внимание, что меры дисциплинарной ответственности, предусмотренные ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ» и Кодексом профессиональной этики адвоката, применяются лишь в случае нарушения адвокатом требований законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре и Кодекса профессиональной деятельности адвоката, совершенных умышленно или по грубой неосторожности (ст. 18 п.1 Кодекса профессиональной этики адвоката).
Проведя голосование именными бюллетенями, руководствуясь п.7 ст.33 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ» и п. 9 ст.23 Кодекса профессиональной этики адвоката, Квалификационная комиссия Адвокатской палаты Московской области дает

ЗАКЛЮЧЕНИЕ:

  • о наличии в действиях (бездействии) адвоката М.Ю.П. нарушения норм законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре и Кодекса профессиональной этики адвоката, а также ненадлежащем исполнении адвокатом своих профессиональных обязанностей перед доверителем У.З.Б., а именно нарушений п.п. 1 п. 1 ст. 7 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ», п. 1 ст. 8, п. 3 ст. 14 Кодекса профессиональной этики адвоката, выразившееся в том, что адвокат не исполнила поручение, предусмотренное соглашением от 12.11.2015 г. в полном объёме:
  • не ознакомилась с материалами гражданского дела по иску У.З.Б. о разделе совместно нажитого имущества, после того как 24.12.2015 г. не участвовала в судебном заседании;
  • реализуя своё право на отпуск (отдых) не приняла мер к обеспечению законных прав и интересов У.З.Б. 27.01.2016 г. в судебном заседании Д. суда г. Москвы по иску У.З.Б. о разделе совместно нажитого имущества.

И.о. Председателя Квалификационной комиссии
Адвокатской палаты Московской области Абрамович М.А.

http://www.apmo.ru/?show=qualification_commission_solutions_archive