#486

Заключение квалификационной комиссии Адвокатской палаты Московской Области от 12 мая 2016 года № 01/05-06

Регион: Московская область
Итог разбирательства: прекращение ДП по отсутствию нарушения норм ФЗ и КПЭА;
Статья ФЗ:
Статья КПЭА: КПЭА ст.18 п.1;
Тема: защита по назначению;
Дата: 12 мая 2016 г.
Вид документа: Заключение квалификационной комиссии АП

Текст документа

25.03.2016 г. в АП МО поступила жалоба О.А.О. в отношении адвоката Б.Г.С. в которой заявитель сообщает, что 24.03.2016 г. адвокат осуществлял его защиту по уголовному делу в СО ЛУ МВД РФ в аэропорту Шереметьево. Адвокат был приглашён следователем, против воли заявителя, который 24.03.2016 г. заключил соглашение с адвокатом В.М.С. Никаких консультаций адвокат не давал, прав не разъяснял, действовал против воли заявителя тем, что в протоколе зафиксировал отказ О.А.О. от подписи. Адвокат знал, что в материалах дела имелся ордер адвоката по соглашению, О. устно заявил отказ от его услуг.
В жалобе ставится вопрос о привлечении адвоката к дисциплинарной ответственности.
К жалобе заявителем приложены копии следующих документов:

  • копия соглашения об оказании юридической помощи от 24.03.2016 г., заключённого между О. районной коллегией адвокатов и заявителем;
  • ордера адвоката В.М.С.;
  • ходатайства адвоката В.М.С. от 24.03.2016 г. об ознакомлении с протоколами процессуальных действий;
  • протокола уведомления об окончании следственных действий, с участием адвоката Б.Г.С., в котором отмечено, что от заявителя поступило ходатайство об ознакомлении с материалами дела с участием адвоката соглашению, от подписи О.А.О. отказался;
  • заявления О.А.О. следователю об отмене протокола уведомления об окончании следственных действий в связи с отсутствием адвоката по соглашению;

Адвокатом представлены письменные объяснения, в которых он не согласился с доводами жалобы и пояснил, что он действительно осуществлял защиту О.А.О. 24.03.2016 г. в порядке ст. 51 УПК РФ. От его услуг заявитель не отказывался, адвоката по соглашению у него не было. Согласно книге пропусков, адвокат Б.Г.С. 24.03.2016 г. зашёл в здание, где проводились следственные действия, 14 ч. 23 мин., вышел в 15 ч. 50 мин. Заявитель вошёл в здание в 14 ч. 27 мин., вышел в первый раз в 16 ч. 04 мин., а во второй раз в 17 ч. 04 мин. Адвокат В.М.С. зашла в здание 17 ч. 50 мин., а вышла в 18 ч. 10 мин. Адвокат сообщает, что в его присутствии заявитель ходатайств не заявлял, все они появились уже после того, как адвокат ушёл и О. пообщался с адвокатом В.М.С.
К письменным объяснениям адвоката приложены копии следующих документов:

  • уведомления о вызове адвоката;
  • постановления о назначении защитника от 24.03.2016 г.;
  • выписки из книги пропусков;
  • протокола разъяснения подозреваемому (обвиняемому) особого порядка принятия решения при заключении досудебного соглашения о сотрудничестве от 24.03.2016 г. Протокол подписан О.А.О.;
  • ордера адвоката В.М.С.;
  • протокола уведомления об окончании следственных действий, с участием адвоката Б.Г.С.

Заявитель О.А.О. извещён надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дисциплинарного производства, в заседание комиссии не явился, в связи с чём, членами комиссии, на основании п. 3 ст. 23 КПЭА, принято решение о рассмотрении дисциплинарного производства в его отсутствие.
В заседании комиссии адвокат Б.Г.С. подтвердил доводы, изложенные в письменных объяснениях.
Рассмотрев доводы жалобы и письменных объяснений, заслушав адвоката и изучив представленного документа, комиссия приходит к следующим выводам.
В соответствии с абз. 2 п. 1 ст. 23 Кодекса профессиональной этики адвоката, разбирательство в квалификационной комиссии адвокатской палаты субъекта РФ осуществляется устно, на основе принципов состязательности и равенства участников дисциплинарного производства. Данная норма предполагает, что стороны дисциплинарного производства вправе и обязаны подтвердить доводы, изложенные в обращении и объяснениях, надлежащими, достоверными и непротиворечивыми доказательствами.
В силу п.п. 7 п. 2 ст. 20 Кодекса профессиональной этики адвоката, жалоба в отношении адвоката должна содержать доказательства, подтверждающие обстоятельства, на которых заявитель основывает свои требования.
Как следует из представленных процессуальных документов, О.А.О. не заявлял письменного отказа от услуг адвоката Б.Г.С. Представленное им соглашение об оказании юридической помощи от 24.03.2016 г., заключённое с О. районной коллегией адвокатов (в лице адвоката В.М.С.) не только не подтверждает, но, напротив, опровергает рассматриваемое обстоятельство. В частности, дата заключения указанного соглашения совпадает с датой проведения процессуальный действий в отношении заявителя – 24.03.2016 г. Однако, согласно п. 4.1. соглашения: «Исполнитель приступает к оказанию услуг по настоящему договору на следующий день после внесения Доверителем суммы вознаграждения…». Таким образом, даже если вознаграждение адвокату по соглашению поступило в кассу (на расчётный счёт) адвокатского образования 24.03.2016 г., то адвокат по соглашению не мог преступить к исполнению поручения по защите заявителя ранее 25.03.2016 г.
Кроме того, представленная адвокатом выписка из книги пропусков надлежащим образом подтверждает, что адвокат В. М.С. зашла в здание 17 ч. 50 мин., т.е. после окончания процессуальных действий в отношении заявителя.
Уголовно-процессуальное законодательство, равно как и законодательство об адвокатской деятельности, не налагает на адвоката обязанности отказаться от подписи протокола в случае, если его подзащитный от подписи такого протокола отказался.
Доказательств иных доводов жалобы заявителем не представлено. Ни в одном из представленных документов не содержится жалоб О.А.О. на адвоката Б.Г.С.
На основании изложенного, оценив собранные доказательства, комиссия признает, что в полученных в ходе разбирательства фактических данных отсутствуют сведения, свидетельствующие о нарушении адвокатом норм законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре.
При вынесении решения Квалификационная комиссия принимает во внимание, что меры дисциплинарной ответственности, предусмотренные ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ» и Кодексом профессиональной этики адвоката, применяются лишь в случае нарушения адвокатом требований законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре и Кодекса профессиональной деятельности адвоката, совершенных умышленно или по грубой неосторожности (ст. 18 п.1 Кодекса профессиональной этики адвоката).
Проведя голосование именными бюллетенями, руководствуясь п.7 ст.33 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ» и п. 9 ст.23 Кодекса профессиональной этики адвоката, Квалификационная комиссия Адвокатской палаты Московской области дает

ЗАКЛЮЧЕНИЕ:

  • о необходимости прекращения дисциплинарного производства вследствие отсутствия в действии (бездействии) адвоката Б.Г.С. нарушения норм законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре и Кодекса профессиональной этики адвоката, а также надлежащем исполнении своих обязанностей перед доверителем О.А.О.

И.о. Председателя Квалификационной комиссии
Адвокатской палаты Московской области Абрамович М.А.

http://www.apmo.ru/?show=qualification_commission_solutions_archive