#430

Заключение квалификационной комиссии Адвокатской палаты Московской Области от 3 февраля 2016 года № 01/02-16

Регион: Московская область
Итог разбирательства: прекращение ДП по отзыву жалобы, представления, обращения, примирению;
Статья ФЗ: ФЗ ст.7 п.1 подп.1;
Статья КПЭА: КПЭА ст.8 п.1; КПЭА ст.23 п.7;
Тема: соглашение адвоката с доверителем; небрежное представление интересов;
Дата: 3 февр. 2016 г.
Вид документа: Заключение квалификационной комиссии АП

Текст документа

13.01.2016 г. в АП МО поступила жалоба Д.М.Т. в отношении адвоката А.Л.К. в которой заявитель сообщает, что 20.01.2012 г. он обратился в КА «Т., А. и партнёры», где, в соответствии с соглашением № 17/12, его проконсультировали адвокаты Т.И.Л. и А.Л.К., а также была достигнута договорённость о представлении интересов заявителя в Арбитражном суде Республики Татарстан, арбитражных судах апелляционной и кассационной инстанций, подачи жалобы в ЕСПЧ.
Адвокаты Т.И.Л. и А.Л.К. представляли интересы заявителя в Арбитражном суде Республики Татарстан, 11-м арбитражном апелляционном суде, ФАС Поволжского округа. После отказа в удовлетворении кассационной жалобы, адвокат А.Л.К. заверила заявителя, что жалоба в ЕСПЧ будет подана надлежащим образом и в срок. Однако, заявителю пришёл ответ из ЕСПЧ, в котором говорится, что жалоба, поданная адвокатом в интересах Д.М.Т. не отвечает требованиям ст. 47 Регламента ЕСПЧ – не представлена доверенность, использован формуляр старого образца. Также в уведомлении референта ЕСПЧ от 19.11.2015 г. указывается, что жалоба признана неприемлимой в связи с пропуском шестимесячного срока на её подачу. Таким образом, адвокат А.Л.К. неправильно составила жалобу и подала её за пределами шестимесячного срока на обжалование.
Заявитель указывает, что адвокатам было выплачено 500 000 рублей, но они ненадлежащим образом исполняли свои обязанности и ставит вопрос о применении к адвокатам мер дисциплинарной ответственности.
К жалобе заявителем приложены копии следующих документов:

  • соглашения № 17/12 от 20.01.2012 г. Соглашение заключено между адвокатом Т.И.Л. и заявителем на устную консультацию, размер вознаграждения адвоката 15 000 рублей;
  • квитанции к соглашению № 17/12 от 20.01.2012 г. № 19 от 20.01.2012 г. на 15 000 рублей;
  • квитанции к соглашению № 37/12 от 20.01.2012 г. № 37 от 03.02.2012 г. на 90 000 рублей.


  • нотариальной доверенности, выданной заявителем Т.И.Л., А.Л.К. и К.В.В.;
  • Постановления ФАС Поволжского округа от 15.10.2013 г., в котором указывается, что Д.М.Т. не являлся участником арбитражного дела о банкротстве, поэтому не обладает правом на обжалование принятых по этому делу судебных актов;
  • сообщения ЕСПЧ от 21.08.2015 г. адвокату А.Л.К., в котором сообщается, что к жалобе не приложена доверенность;
  • сообщения ЕСПЧ от 19.11.2015 г. адвокату А.Л.К., в котором сообщается, что жалоба не соответствует ст. 34, 35 Конвенции;
  • листа почтового отслеживания от 11.10.2015 г.

Заявитель Д.М.Т. извещён надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дисциплинарного производства, в заседание комиссии не явился, в связи с чём, членами комиссии, на основании п. 3 ст. 23 КПЭА, принято решение о рассмотрении дисциплинарного производства в его отсутствие.
В заседании комиссии представитель заявителя – Я.Г.Н. просил прекратить дисциплинарное производство в отношении адвоката А.Л.К. в связи с отзывом жалобы (письменное заявление прилагается). Претензии к адвокату А.Л.К. у Д.М.Т. отсутствуют, доводы жалобы не соответствуют действительности, жалоба была подписана Д. М.Т. в состоянии сильного душевного волнения.
По ходатайству представителя к материалам дисциплинарного производства приобщено заявление Д.М.Т. об отзыве жалобы в отношении адвокатов Т.И.Л. и А.Л.К.
На вопросы членов комиссии, представитель заявителя пояснил, что заявление об отзыве сделано самим Д.М.Т., его подпись удостоверена нотариусом, ранее это заявление не могло быть представлено в комиссию, поскольку представитель находился в командировке. Также Я.Г.Н. пояснил, что объяснения по существу жалобы он давать не будет и запрещает адвокату А.Л.К. разглашать адвокатскую тайну.
Адвокатом А.Л.К. представлено заявление, в котором она не возражает против прекращения дисциплинарного производства в связи с отзывом жалобы.
Рассмотрев указанные заявления, комиссия считает, что согласно п. 7 ст. 19 Кодекса профессиональной этики адвоката, отзыв жалобы, представления, обращения либо примирение адвоката с заявителем, выраженные в письменной форме, возможны до принятия решения Советом и могут повлечь прекращение дисциплинарного производства на основании решения Совета по заключению квалификационной комиссии.
Таким образом, Кодекс профессиональной этики адвоката, не содержит обязанности комиссии давать заключение о необходимости прекращения дисциплинарного производства только на основании заявленного отзыва жалобы. Данный вопрос должен решаться исходя из всех обстоятельств, установленных в ходе дисциплинарного производства.
В отношении запрета, сделанного представителем заявителя, адвокату А.Л.К. на разглашение адвокатской тайны, комиссия обращает внимание представителя заявителя, что в силу п. 4 ст. 6 Кодекса профессиональной этики адвоката, без согласия доверителя адвокат вправе использовать сообщенные ему доверителем сведения в объеме, который адвокат считает разумно необходимым для обоснования своей позиции при рассмотрении гражданского спора между ним и доверителем или для своей защиты по возбужденному против него дисциплинарному производству или уголовному делу. Поэтому адвокат А.Л.К. вправе самостоятельно решать о возможности дать пояснения комиссии в отношении доводов жалобы.
Адвокатом А.Л.К. заявлено ходатайство о рассмотрении дисциплинарного производства в открытом заседании комиссии.
Согласно п. 4 ст. 19 Кодекса профессиональной этики адвоката, при осуществлении дисциплинарного производства принимаются меры для охраны сведений, составляющих тайну личной жизни лиц, обратившихся с жалобой, коммерческую и адвокатскую тайны, а также меры для достижения примирения между адвокатом и заявителем. Реализация указанных положений в наиболее полном объёме возможно в условиях закрытого заседания комиссии. Поэтому в удовлетворении ходатайства адвоката отказано в полном объёме.
Адвокатом А.Л.К. оглашены её письменные объяснения (возражения) по жалобе Д.М.Т. из которых следует, что 03.02.2012 г. между ней, адвокатом К.В.В. было заключено соглашение № 37/12 на оказание юридической помощи по истребованию имущества по договору № 2 от 24.01.2009 г. Изначально адвокаты не брали на себя обязанности по составлению жалобы в ЕСПЧ, поскольку не были исчерпаны все правовые возможности для защиты интересов заявителя на территории РФ, такая возможность обсуждалась гипотетически. Доверенность на обращение адвокатов в ЕСПЧ заявителем не выдавалась. Вознаграждение в размере 500 000 рублей внесено частями в кассу адвокатского образования в 2012 г. Все обязанности по указанному соглашению адвокатами выполнены полностью.
В 2015 г. Д.М.Т. вновь обратился к адвокату А.Л.К., просил составить жалобу в ЕСПЧ, пояснив, что он «получил некую поддержку» от уполномоченного по правам предпринимателей Республики Дагестан, заключающуюся в том, что в ЕСПЧ работают представители Республики Дагестан, которые смогут разрешить вопрос с нарушенными сроками. 03.08.2015 г., до подачи жалобы в ЕСПЧ, заявитель собственноручно написал адвокату, что он предупреждён адвокатом о пропуске срока на подачу жалобы и о том, что жалобу вернут. Адвокат изучила практику ЕСПЧ и установила, на основании ряда дел, возможность подачи жалобы за пределами установленного срока, при наличии исключительных обстоятельств.
Адвокат посчитала, что может подготовить и подать жалобу в рамках соглашения № 37/12., поскольку адвокаты не были ограничены в способах защиты интересов заявителя в рамках данного соглашения. Представлять интересы Д.М.Т. в ЕСПЧ адвокат не планировала. Жалоба была подготовлена на формуляре нового образца и направлена в ЕСПЧ 12.08.2015 г. Заявитель должен был послать доверенность в ЕСПЧ самостоятельно, поскольку он и адвокат находились в разных местах, но не сделал этого. После получения ответа, была подготовлена доверенность и аналогичная жалоба вновь направлена в ЕСПЧ 10.09.2015 г. После получения ответа из ЕСПЧ, заявитель был с ним ознакомлен, каких-либо претензий не высказывал. В соглашении № 37/12 от 03.02.2012 г. не указаны судебные инстанции, в которых будет исполняться поручение, поскольку первоначально это невозможно было определить – после проведения анализа документов, представленных заявителем, было проведено три дела в судах РФ, обратились с заявлением о возбуждении уголовного дела.
На вопросы членов комиссии адвокат пояснила, что она посчитала, соглашение об оказании юридической помощи в виде составления жалобы в ЕСПЧ не заключалось, поскольку она полагала, что ничего не нарушит, если составит жалобу в рамках соглашения № 37/12 от 03.02.2012 г. При обсуждении вопроса о подаче жалобы, адвокат полагала, что необходимо заключить новое соглашение, но для этого Д.М.Т. необходимо было приезжать в г. Москву, у него пятеро детей, это было неудобно. Срок на подачу жалобы не истёк, поскольку последнее решение российского суда было в апреле 2014 г.
Адвокат общалась по телефону с заявителем, узнала об отзыве жалобы, считает, что никаких нарушений не допустила. Давность исполнения собственноручной расписки Д.М.Т. о предупреждении о сроках подачи жалобы в ЕСПЧ соответствует дате, указанной на заявлении.
Адвокатом заявлено ходатайство о приобщении к материалам дисциплинарного производства копии собственноручной расписки заявителя о разъяснении ему о пропуске срока на подачу жалобы в ЕСПЧ; копий соглашения № 37/12 от 03.02.2012 г. и финансовых документов, подтверждающих оплату вознаграждения, письменных объяснений (возражений).
Комиссия считает возможным приобщить перечисленные документы, несмотря на то, что они представлены с нарушением срока, установленного п. 2 ст. 23 Кодекса профессиональной этики адвоката.
Представитель заявителя указал, что полностью подтверждает всё сказанное адвокатом А.Л.К., заявителю «на уровне республики» обещали решить вопрос со сроками и этим ввели его в заблуждение, поэтому он настаивал на составлении жалобу в ЕСПЧ.
Представитель адвоката пояснил, что вся ситуация с жалобой Д.М.Т. возникла по той причине, что «хотели как лучше, а получилось как обычно». Адвокат сделала всё возможное, чтобы защитить интересы заявителя, она не могла знать, что заявитель захочет обратиться в ЕСПЧ. Если обратиться к тексту соглашения, то там нигде не указано, что адвокат принимает обязанности по составлению жалобы в ЕСПЧ.
Адвокат дополнительно, (поскольку решается её судьба и профессия, кроме адвокатуры она ничего делать не умеет, является матерью четверых детей, один из которых малолетний) процитировала расписку заявителя о разъяснении ему сроков обращения в ЕСПЧ. Вознаграждение за составление жалобы в ЕСПЧ заявителем не выплачивалось. Соглашение не содержит запрета на составление жалобы в ЕСПЧ. Отсутствие в этом соглашении указаний на характер поручения объясняется ошибкой помощника, который составлял соглашение.
Рассмотрев представленные материалы, заслушав стороны, комиссия приходит к следующим выводам.
В силу п.п. 1 п. 1 ст. 7 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ», п. 1 ст. 8 Кодекса профессиональной этики адвоката, адвокат обязан честно, разумно, добросовестно и активно отстаивать права и законные интересы доверителя всеми не запрещенными законодательством РФ средствами, а также честно, разумно, добросовестно, квалифицированно, принципиально и своевременно исполнять свои обязанности.
Квалификационная комиссия неоднократно отмечала, что надлежащее исполнение адвокатом своих обязанностей перед доверителем предполагает не только исполнение предмета соглашения об оказании юридической помощи, но и надлежащее оформление договорных отношений с доверителем.
В соответствии с п.п. 1 и 2 ст. 25 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ», адвокатская деятельность осуществляется на основе соглашения между адвокатом и доверителем, которое представляет собой гражданско-правовой договор, заключаемый в простой письменной форме между доверителем и адвокатом (адвокатами), на оказание юридической помощи самому доверителю или назначенному им лицу.
Данное требование является обязательным для исполнения при оказании адвокатом любой юридической помощи и не имеет каких-либо исключений.
В заседании комиссии адвокат не отрицала, что оказывала юридическую помощь заявителю в виде составления жалобы в ЕСПЧ без заключения письменного соглашения. Ссылка на то, что такая помощь могла быть оказана в рамках соглашения № 37/12 от 03.02.2012 г. является безосновательной, поскольку адвокат утверждала, что на момент обращения с просьбой о написании жалобы в ЕСПЧ, указанное соглашение было исполнено в полном объёме. Довод адвоката о том, что новое соглашение заключить было сложно из-за постоянного нахождения заявителя на территории другого субъекта РФ, комиссия считает несостоятельным, поскольку адвокатом была получена собственноручная расписка заявителя о предупреждении его о пропуске срока на подачу жалобы, что позволяет сделать вывод о наличии возможности для заключения нового соглашения.
Обращает внимание, что безвозмездный характер юридической помощи по составлению адвокатом жалобы в ЕСПЧ противоречит и требованиям законодательства об адвокатской деятельности, и требованиям законодательства о порядке предоставления юридической помощи бесплатно.
Кроме того, в интересах доверителей адвокатов законодательство устанавливает многочисленные гарантии адвокатской деятельности (см., например, п. 4 ст. 6, ст. 7, 8, 18 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ», разд. I Кодекса профессиональной этики адвоката). Адвокат должен избегать действий, направленных к подрыву доверия (п. 2 ст. 5 Кодекса профессиональной этики адвоката). С учетом приведенных нормативных положений Квалификационная комиссия считает, что адвокат не вправе заключать с доверителем соглашение, условия которого не прозрачны, не допускают однозначного их понимания. В соглашении № 37/12 от 03.02.2012 г. данное требование не соблюдено – предмет соглашения определён в общем виде, что не позволяет определить порядок исполнения поручения заявителя, количество судебных и внесудебных инстанций, в которых оно должно исполняться.
Вместе с тем, комиссия полагает, что при принятии итогового решения необходимо учитывать, что жалоба была отозвана заявителем, претензий к адвокату А.Л.К. он не имеет, жалоба была подписана им в состоянии сильного душевного волнения. В заседании комиссии представитель заявителя полностью согласился со всеми доводами адвоката, изложенными комиссии, настаивал на прекращении дисциплинарного производства, указал, что права Д.М.Т. действиями адвоката не нарушены.
Согласно п. 3 ст. 20, п. 7 ст. 23 КПЭА, каждый участник дисциплинарного производства вправе предложить в устной или письменной форме способ разрешения дисциплинарного дела. Адвокат, в отношении которого возбуждено дисциплинарное производство, имеет право принимать меры по примирению с лицом, подавшим жалобу.
На основании изложенного, проведя голосование именными бюллетенями, руководствуясь п.7 ст.33 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ» и п. 9 ст.23 Кодекса профессиональной этики адвоката, Квалификационная комиссия Адвокатской палаты Московской области единогласно дает

ЗАКЛЮЧЕНИЕ:

  • о необходимости прекращения дисциплинарного производства в отношении адвоката А.Л.К. вследствие отзыва доверителем Д.М.Т. жалобы.

Председатель Квалификационной комиссии
Адвокатской палаты Московской области Галоганов А.П.

http://www.apmo.ru/?show=qualification_commission_solutions_archive