#383

Обзор дисциплинарной практики Адвокатской палаты Санкт-Петербурга за 2 полугодие 2018 года (фрагмент № 2)

Регион: Санкт-Петербург
Итог разбирательства: привлечение к ответственности(неуточненное);
Статья ФЗ: ФЗ ст.25 п.4;
Статья КПЭА: КПЭА ст.8 п.1;
Тема: соглашение адвоката с доверителем; недобросовестность при исполнении поручения;
Дата: 31 дек. 2018 г.
Вид документа: Обзор дисциплинарной практики (фрагмент)

Текст документа

На адвоката П. пожаловались трое его доверителей, один из которых впоследствии жалобу отозвал, а
две оставшихся жалобы были соединены в одно дисциплинарное производство закончившееся 
документы, в том числе материалы судебного дела 2013 года, доверенность и внесен гонорар. Встречи с
адвокатом происходили раз в 2-3 месяца и сводились к рассказам адвоката об успешно проводимых им
делах, никакого движения по делу заявителей не происходило.
Адвокат П. представил Комиссии копии материалов указанного гражданского дела, полученные им
для ознакомления от доверителя. Иных «следов» работы адвоката по выполнению поручения не
имелось.
Из объяснений участников дисциплинарного производства Комиссия установила, что фактически
предметом соглашения об оказании юридической помощи была дача адвокатом заключения о
возможности пересмотра по новым и/или вновь открывшимся обстоятельствам решения районного суда,
вынесенного в 2013 году о признании утратившей право пользования квартирой и по встречному иску о
нечинении препятствий к пользованию жилым помещением. Ознакомление адвоката с архивными
материалами являлось лишь первым этапом подготовки такого заключения.
Спустя больше двух лет, в конце 2017 года, не дождавшись профессионального заключения по
итогам работы адвоката или вообще какого-либо результата, С. вручила адвокату П. заявление о
прекращении действия соглашения и просила вернуть ей доверенность на ведение гражданского дела и
часть гонорара - 24000 рублей.
Комиссия установила, что вопреки требованиям п.4 ст.25 Закона соглашение, заключенное с С.,
носит не конкретный характер, а лишь обозначает юридический интерес доверителя, не содержит четко
сформулированного предмета соглашения, то есть, указания на обязанность адвоката совершить
определенные юридические действия, как это предусмотрено и ст.971 ГК РФ. В данном случае это
составление профессионального заключения по изучаемому адвокатом делу либо составление нового
искового заявления по вновь открывшимся обстоятельствам.
Оценивая объем и качество фактически проделанной адвокатом П. работы, Комиссия исходила из
того, что не располагает какими-либо сведениями о конкретных действиях адвоката по исполнению
поручения доверителя в течение двух с половиной лет. Ссылки адвоката на многочисленные
консультации, дачу доверителю устного заключения об отсутствии судебной перспективы пересмотра
решения суда, отказ доверителя от письменного заключения по итогам работы - ничем объективно не
подтверждены.
Явная, без уважительных причин, затяжка времени выполнения поручения (более двух с половиной
лет), отсутствие сведений о согласовании адвокатом своей деятельности с доверителем и
предоставлении ему отчета о проделанной работе либо заключения по итогам работы,
свидетельствовали о нарушении адвокатом требования п.1 ст.8 Кодекса.
Адвокат П. полагал, что сроки привлечения его к дисциплинарной ответственности истекли, поскольку
на встрече с доверителем в марте 2016 он проинформировал С., что выполнил все поручения по
соглашению и прекратил дальнейшую работу. Но доказательств получения доверителем отчетов
адвоката о проделанной работе и уведомлений о его отказе продолжать работу по соглашению
Комиссии не было представлено, а С. получение указанных документов отрицала.
Между тем, в соответствии с п.9 ст.10 КПЭА адвокат должен заблаговременно уведомить об этом
доверителя путем направления ему соответствующего уведомления (ч.1 ст.450-1 ГК РФ). Договор
прекращается с момента получения уведомления. Кроме того, расторжение соглашения производится в
той же форме, в какой заключено основное соглашение (в данном случае - в письменной). Адвокат П.
письменного уведомления о расторжении соглашения доверителю не направил, нарушив ч.1 ст.452 ГК
РФ. Таким образом, соглашение продолжало действовать до конца 2017 года, то есть, до момента отказа
от него С., следовательно, и сроки привлечения адвоката к дисциплинарной ответственности не истекли.

http://www.apspb.ru/forLawyers/dp/