#382

Обзор дисциплинарной практики Адвокатской палаты Санкт-Петербурга за 2 полугодие 2018 года (фрагмент № 1)

Регион: Санкт-Петербург
Итог разбирательства: прекращение статуса адвоката;
Статья ФЗ: ФЗ ст.25 п.6;
Статья КПЭА: КПЭА ст.5; КПЭА ст.9 п.3;
Тема: соглашение адвоката с доверителем; недобросовестность при исполнении поручения; введение в заблуждение;
Дата: 31 дек. 2018 г.
Вид документа: Обзор дисциплинарной практики (фрагмент)

Текст документа

С жалобой на действия адвоката Ж. обратились ее бывший доверитель Д. и его представитель.
Д. и адвокат Ж. в январе 2018 года заключили договор поручения на оказание юридической помощи
по защите доверителя в уголовном деле, рассматриваемом районным судом. Размер вознаграждения
адвоката составил 15000 рублей, внесенных в кассу адвокатского образования.
В тот же день Д. заключил с Ж., но уже как с генеральным директором ООО, договоры на оказание
юридических услуг:

  • консультирование Заказника по всем вопросам, возникающим в рамках уголовного дела (стоимость

65000 рублей);

  • ознакомление с материалами уголовного дела путем фотофиксации (стоимость 250000 рублей);
  • произвести оценку доказательств по уголовному делу и осуществить подготовку к судебным

прениям (стоимость 300000 рублей);

  • получить приговор суда (стоимость 50000 рублей);
  • изучить законодательство и судебную практику районного суда, в котором будет рассматриваться
  • в течение 5 рабочих дней подать ходатайство об ознакомлении с протоколами судебных заседаний

и представить замечания на протоколы судебных заседаний в случае необходимости (стоимость 250000
рублей);

  • осуществлять защиту интересов Заказчика, в том числе, заявлять отводы действиям судьи и иных

участников процесса, в случае необходимости (стоимость 250000 рублей).
Общая стоимость услуг по этим договорам составляла 1885000 рублей, внесенных в кассу ООО.
Комиссия пришла к выводу, что адвокат Ж. грубо нарушила требования п.З ст.9 Кодекса
профессиональной этики адвоката (далее - КПЭА), в соответствии с которыми адвокат не вправе вне
рамок адвокатской деятельности оказывать юридические услуги (правовую помощь).
Кроме того, являясь адвокатом с сентября 2017 года, Ж. не могла не понимать, что весь объем услуг,
предусмотренных в договорах, заключенных с Д. от имени ООО, охватывается понятием защита в
уголовном процессе. И все оказанные ею услуги входят в обязанности адвоката, предусмотренные
Стандартом осуществления адвокатом защиты в уголовном судопроизводстве, принятым VIII
Всероссийским съездом адвокатов.
Однако, вводя доверителя в заблуждение, комплекс обязанностей при работе по уголовному делу
адвокатом был искусственно разделен на отдельные составляющие, каждой из которых придан вид
самостоятельного этапа работы, оплата которого якобы должна производиться отдельно.
Наряду с этим, заключая договоры на защиту в уголовном деле от имени ООО,
адвокат Ж. понимала, что к участию в уголовном деле в качестве защитника может быть допущен только
адвокат, который должен представить выданный адвокатским образованием ордер, а сотрудникам ООО,
которое не является адвокатским образованием, не будет предоставлен допуск ни к участию в уголовном
деле в качестве защитника, ни к самим материалам дела.
Понимание адвокатом Ж. правовой природы своих действий от имени ООО следовало и из договора
поручения на оказание юридической помощи по защите в уголовном деле, заключенного Ж. в качестве
адвоката.
Комиссия посчитала, что действия Ж. при заключении договоров с Д. от имени ООО были
направлены на введение доверителя в заблуждение с целью получения необоснованного обогащения, и
в соответствии с п.2 ст.5 КПЭА являются действиями адвоката, направленными к подрыву доверия.
Адвокат Ж. также планировала скрыть от АП СПб фактический размер полученного вознаграждения,
не внося его в кассу адвокатского образования, то есть нарушила п.6 ст.25 Федерального закона от 31
мая 2002 г. № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» (далее -
Закон).
Совет согласился с выводами Комиссии, усмотрев в действиях адвоката Ж. нарушения п.З ст.9, п.2
ст.5 КПЭА, п.6 ст.25 Закона, и прекратил ее статус, установив пятилетний срок, по истечении которого Ж.
может быть допущена к сдаче квалификационного экзамена на приобретение статуса адвоката.

http://www.apspb.ru/forLawyers/dp/