#380

Обзор дисциплинарной практики Адвокатской палаты Санкт-Петербурга за 1 полугодие 2018 года (фрагмент № 16)

Регион: Санкт-Петербург
Итог разбирательства: прекращение ДП по отсутствию нарушения норм ФЗ и КПЭА;
Статья ФЗ:
Статья КПЭА: КПЭА ст.8 п.1;
Тема: соглашение адвоката с доверителем; небрежное представление интересов; адвокат дал объяснения;
Дата: 30 июн. 2018 г.
Вид документа: Обзор дисциплинарной практики (фрагмент)

Текст документа

Так, К. подал в Палату жалобу на своего представителя – адвоката Д. Он сообщил, что между ними было заключено соглашение на представление интересов К. в суде в гражданском деле по иску о разделе совместно нажитого недвижимого имущества супругов и денежных вкладов в банках. Гонорар адвоката в размере 50000 рублей был оплачен в день подписания соглашения. Доверитель считает, что при осуществлении принятых на себя обязательств адвокатом Д. была проявлена профессиональная небрежность, представление интересов в судебном заседании осуществлено не было, действия адвоката носили исключительно формальный, технический характер.
Свои выводы он сделал из следующего: в назначенный день рассмотрение дела задерживалось, в результате заседание началось после получасового ожидания, но примерно за 5 минут до вызова сторон адвокат сказал, что не может ожидать и уехал, вручив доверителю только текст неподписанного искового заявления, без разъяснения дальнейших действий в судебном заседании. При этом адвокат увез с собой все документы по делу, в том числе оригиналы, поэтому, когда в предварительном судебном заседании суд запросил у К. оригиналы документов для удостоверения копий, тот не смог этого сделать.
Помимо такого отказа от представления интересов доверителя в судебном заседании адвокат, по мнению К., проявил некомпетентность, а именно: текст искового заявления не содержал упоминания о разделе «вкладов в банках», не был согласован с доверителем; раздел земельного участка не был юридически обоснован, не рассчитана цена иска и сумма госпошлины, практически отсутствовали ссылки на законодательные акты, помимо упоминания статей СК РФ; были допущены опечатки в адресе места проживания ответчика и в адресе нахождения суда; к исковому заявлению адвокат не приложил документов, обосновывающих права истца на спорное имущество.
Адвокат же пояснил, что иск по согласованию с доверителем был подготовлен только на раздел недвижимости и подан в суд из соображений подсудности по месту нахождения недвижимого имущества, поскольку К. не хотел, чтобы дело рассматривалось по месту жительства ответчицы в другом городе. Вопросы о разделе вкладов в банках не ставились в связи с тем, что у К. не было документов о месте нахождения и размере вкладов и он, ссылаясь на материальные затруднения, не был готов платить большую госпошлину.
Адвокат утверждал, что исковое заявление было согласовано с доверителем и подано лично адвокатом в суд, который вернул иск, посчитав, что были нарушены правила подсудности. После этого по согласованию с К. адвокат успешно обжаловал определение суда, и исковое заявление апелляционной инстанцией было возвращено в районный суд для рассмотрения по существу.
Районным судом иск был оставлен без движения в связи с тем, что возвращенные истцу документы не были приложены к исковому заявлению. Когда адвокат узнал об этом, он немедленно донес в канцелярию суда недостающие документы, иск был принят к производству, на спорное имущество наложили арест.
В дальнейшем без согласования с адвокатом дело было назначено к слушанию, но на этот же день ранее было назначено другое дело. Адвокат явился в заседание по делу своего доверителя К. своевременно, но в связи с задержкой начала слушания дела на неопределенное время, адвокат вынужден был уехать из суда, предварительно проконсультировав К., как вести себя в заседании (предварительном), где дело по существу рассматриваться не будет, но можно будет выяснить позицию ответчика, просить суд истребовать от ответчика правоустанавливающие документы на спорное имущество. При этом адвокат отрицал передачу ему каких-либо оригиналов документов.
После отложения дела адвокат встречался с К., обсуждал с ним тактику и стратегию дальнейшего ведения дела. Но после К. обратился с жалобой в коллегию адвокатов, и на встрече в коллегии в присутствии управляющего делами был составлен акт о расторжении соглашения, возврате всех переданных адвокату документов и доверенности. От предложенного адвокатом возврата гонорара К. категорически отказался, оставив за собой право решить этот вопрос «в законном порядке».
Адвокат Д. полагал, что жалоба необоснованна, а истинные мотивы расторжения соглашения К. объяснить отказался.
Оценивая работу адвоката Д. в период действия соглашения, Комиссия отметила, что последовательность и направленность его действий по исполнению своих обязанностей и достижению целей соглашения, время реагирования на складывающуюся ситуацию соответствуют критериям разумности, добросовестности, квалифицированности и своевременности, предусмотренных п.1 ст.8 КПЭА.
Комиссия посчитала, что отказ адвоката Д. от участия в предварительном заседании был вынужденным. Задержка начала заседания произошла из-за нарушения судом графика рассмотрения назначенных на этот день дел. В связи с тем, что дата и время судебного заседания ни судом, ни доверителем с адвокатом Д. согласованы не были, а ранее на 12:00 в этот же день у адвоката было назначено судебное заседание в другом суде, он вынужденно покинул здание суда до начала заседания, чтобы выполнить ранее взятое на себя обязательство. Эти обстоятельства подтверждались протоколом судебного заседания по другому делу, в котором участвовал адвокат в тот день.
По мнению Комиссии, в действиях адвоката Д. отсутствовал как умысел, так и грубая неосторожность, направленная на нарушение обязательств перед К., поскольку сложившаяся ситуация была для адвоката непредсказуемой и от него не зависела. Поэтому говорить об отказе от представления интересов доверителя в соответствии с соглашением не было оснований. На последовавшей за этим встрече адвокат и доверитель договорились о продолжении сотрудничества в следующем судебном заседании.
Претензии, предъявляемые адвокату Д. доверителем относительно качества составленного искового заявления, не нашли своего подтверждения. Представленная в Комиссию копия искового заявления, по словам адвоката, являлась черновым вариантом, а поданное им лично в суд исковое заявление содержало все необходимые элементы, в том числе, расчеты, приложения, и было без замечаний принято судом.
Таким образом, Комиссия и Совет АП СПб пришли к выводу об отсутствии в действиях (бездействии) адвоката нарушения норм КПЭА и законодательства об адвокатской деятельности, производство по делу было прекращено.

http://www.apspb.ru/forLawyers/dp/