#370

Обзор дисциплинарной практики Адвокатской палаты Санкт-Петербурга за 1 полугодие 2018 года (фрагмент № 6)

Регион: Санкт-Петербург
Итог разбирательства: замечание;
Статья ФЗ:
Статья КПЭА:
Тема: соглашение адвоката с доверителем; инициировано вице-президентом;
Дата: 30 июн. 2018 г.
Вид документа: Обзор дисциплинарной практики (фрагмент)

Текст документа

Производство в отношении адвоката П. было возбуждено на основании представления вице-президента АП СПб. Обстоятельства дела были следующие: адвокат П. представил следователю «белый» ордер на защиту подозреваемого А., в котором в графе «основание выдачи» указал «соглашение», но ни номер, ни дату заключения соглашения не вписал. При этом к делу были приобщены два заявления подозреваемого: в первом он отказывался от услуг адвоката П., во втором, более позднем, он сообщал, что с адвокатом П. соглашения на свою защиту не заключал.
Районный координатор работы адвокатов по назначению в служебной записке указал, что по рассматриваемому делу следователем был нарушен порядок допуска адвоката к участию в уголовном деле, предусмотренный ст.50 УПК РФ, а адвокат П. принял на себя защиту в нарушение ст.50 УПК РФ, ст.ст.6, 7, 25, 31 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ» (далее – Закон об адвокатуре) и п.4.2.4 Положения об ордерах. Следователь подал заявку на обеспечение участия адвоката по назначению только после того, как подозреваемый А. отказался от услуг адвоката П. Заявка была распределена другому адвокату.
Адвокат П., давая объяснения, сообщил, что к нему за юридической помощью обратился А., когда он (адвокат) находился в следственном отделе по другому уголовному делу. Адвокат сообщил А., что не оказывает юридической помощи бесплатно, и они договорились заключить соглашение после ознакомления с постановлением о возбуждении уголовного дела, так как у адвоката не было с собой бланка соглашения. До начала оказания юридической помощи адвокат уведомил по телефону управляющего партнера, который одобрил его действия.
Впоследствии соглашение так и не было заключено. После ознакомления с постановлением о возбуждении уголовного дела А. попросил время подумать по поводу заключения соглашения до следующего дня и более от него никаких действий не последовало.
Адвокат П. передал Комиссии заявление А. о том, что жалобы и заявления о допущенных нарушениях в отношении адвоката П. им не писались, претензий за оказанную юридическую помощь к П. он не имеет. В заявлении А. также подтвердил, что перед вступлением адвоката П. в уголовное дело по его защите между ними была предварительная договоренность о возможном заключении с ним соглашения, однако в дальнейшем А. по личным соображениям от заключения соглашения отказался.
Уже на заседании Совета адвокат П. пояснил, что его профессиональная помощь А. заключалась лишь в том, что они 30 минут беседовали. По словам адвоката, он не работает по назначению вообще, а только по соглашению, имеет пока еще не большой опыт в профессии, но теперь он четко уяснил, что впредь будет участвовать в деле как защитник только после заключения письменного соглашения с доверителем и на основании ордера.
На заседании Совета также присутствовал управляющий партнер адвокатского бюро, в котором адвокат П. осуществляет свою профессиональную деятельность. Он пояснил Совету АП СПб, что произошло, в том числе по его вине, простое недоразумение: в той ситуации П. позвонил ему, чтобы уточнить, что делать, и он посоветовал ему выписать ордер, а в дальнейшем заключить соглашение. Кроме того, управляющий партнер охарактеризовал своего коллегу П. как ответственного, молодого адвоката, которому не хватило опыта в сложившейся ситуации, и попросил Совет быть снисходительнее к нему.
Адвокат П. фактически безосновательно вступил в уголовное дело, не имея письменного соглашения с доверителем и без поручения по ст. 51 УПК РФ, за что ему было объявлено замечание.

http://www.apspb.ru/forLawyers/dp/