#347

Обзор дисциплинарной практики Адвокатской палаты Московской области за 1 полугодие 2019 года (фрагмент № 13)

Регион: Московская область
Итог разбирательства: прекращение ДП по отсутствию нарушения норм ФЗ и КПЭА;
Статья ФЗ:
Статья КПЭА:
Тема: предварительное следствие;
Дата: 30 июн. 2019 г.
Вид документа: Обзор дисциплинарной практики (фрагмент)

Текст документа

В АПМО поступило представление о возбуждении дисциплинарного производства в отношении адвоката Ч. Согласно доводов представления, адвокат Ч. осуществляет защиту Ц. и 21.12.2018 г. он прибыл вместе со следователем СИЗО для проведения следственных действий. Через несколько часов следователь получил от работников СИЗО справку, в которой было указано, что Ц. не рекомендовано участвовать в следственных действиях. Следователь решил продолжать следственные действия, поскольку справка носила рекомендательный характер. От защитника поступило ходатайство о переносе следственных действий, в удовлетворении которого было отказано. Ц. «выбежал из следственной комнаты, сославшись на плохое самочувствие. Защитник покинул следственную комнату, сославшись на плохое самочувствие обвиняемого. 24.12.2018 г. в СИЗО вновь был доставлен обвиняемый, который сразу попросил консультацию с защитником. После чего следователь увидел «чётко спланированные действия», направленные на срыв процессуального действия: Ц. стал вести себя агрессивно, «метаться по комнате, показывая своим поведение нежелание знакомиться с материалами уголовного дела», ссылаясь на то, что ему не было предъявлено обвинение, он не был допрошен, а также уведомлен об окончании следственных действий. Защитник, в присутствии понятых отказался знакомиться с материалами уголовного дела.

Адвокат сообщил Комиссии, что обстоятельства, изложенные в представлении не соответствуют действительности. Он осуществляет защиту Ц. и 21.12.2018 г. прибыл для предъявления обвинения подзащитному. Однако, в представлении не сообщается, что следователь получил ещё одну справку, согласно которой Ц. не мог участвовать в следственных действиях. Адвокат действительно покинул место производства следственных действий, но не отказывался от защиты и осуществляет её до настоящего времени. Адвокат полагает, что он не вправе был участвовать в следственных действиях и считает, что принял правильное решение, покинув место следственного действия.

Рассмотрев доводы представления и письменных объяснений, Комиссия указала, что лично-доверительный характер отношений адвоката и подзащитного определяет, что только доверитель (подзащитный) вправе ставить перед дисциплинарными органами адвокатской палаты субъекта РФ вопрос об отказе от принятой на себя защиты. Заявитель таким правом не обладает. Поэтому Комиссия не рассматривает по существу довод представления об отказе адвоката от принятой на себя защиты.

В отношении остальных доводов представления, Комиссия пояснила, что публично- правовой характер дисциплинарного производства предполагает необходимость доказывания доводов представления, равно как и доказывание адвокатом доводов письменных объяснений. Довод адвоката о том, что следователь скрыл наличие другой справки, полученной СИЗО подтверждён копией документально. Действительно, такая справка представлена Комиссии, в ней указано, что Ц. не может участвовать в следственных действиях.

Конвенция против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания (Нью-Йорк 1984 г.) определяет пытку как

«любое действие, которым какому-либо лицу умышленно причиняется сильная боль или страдание, физическое или нравственное, чтобы получить от него сведения или признания…». Очевидно, что противоречие действий следователя врачебному мнению, которым подзащитному адвоката было не рекомендовано участие в следственных действиях по состоянию здоровья, означает, что следователь намеренно хотел подвергнуть пытке доверителя адвоката. В такой ситуации отказ адвоката от ознакомления с материалами дела не может рассматриваться как нарушение норм законодательства об адвокатской деятельности и Кодекса профессиональной этики адвоката. Напротив, обратное означало бы, что адвокат легимитизировал незаконные действия следователя.

На основании изложенного Комиссия пришла к выводу о необходимости прекращения дисциплинарного производства в отношении адвоката вследствие отсутствия в его действиях нарушения норм законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре, а также КПЭА.

https://www.apmo.ru/uid123/?show=theme&id=16094