#312

Обзор дисциплинарной практики Адвокатской палаты Московской области за 2 полугодие 2017 года (фрагмент № 13)

Регион: Московская область
Итог разбирательства: наличие нарушения норм ФЗ и КПЭА;
Статья ФЗ: ФЗ ст.7 п.1 подп.1;
Статья КПЭА: КПЭА ст.5; КПЭА ст.8 п.1;
Тема: недобросовестность при исполнении поручения; введение в заблуждение;
Дата: 31 дек. 2017 г.
Вид документа: Обзор дисциплинарной практики (фрагмент)

Текст документа

25.10.2017 г. в АПМО поступила жалоба Д. в отношении адвоката Б., в которой указывается, что она заключила с адвокатом соглашение от 01.03.2017 г. на подачу от имени заявителя кассационной жалобы на судебные акты по гражданскому делу. Заявитель сообщает, что срок на подачу кассационной жалобы в Судебную коллегию по гражданским делам ВС РФ истекал 21.03.2017 г. Копии материалов гражданского дела были переданы адвокату 08.08.2016 г., а заверенные копии документов по делу и доверенности 13.03.2017 г. Адвокат подписал кассационную жалобу 17.03.2017 г., а 23.03.2017 г. прислал заявителю смс-сообщение о том, что кассационная жалоба отправлена, не представив квитанцию об отправке. Впоследствии заявитель узнала, что госпошлина была оплачена только 28.03.2017 г., а ордер адвокат выписал 22.03.2017 г. Адвокат прислал копию квитанции об оплате госпошлины от 05.04.2017 г., а 24.04.2017 г. Д. получила Определение ВС РФ об отказе в принятии кассационной жалобы в связи с пропуском срока на обжалование. Адвокат составил заявление о восстановлении пропущенного срока, в котором в качестве уважительной причины пропуска указана ошибка суда кассационной инстанции. Таким образом, адвокат вводил доверителя в заблуждение по поводу даты подачи жалобы, что в итоге привело к пропуску срока на кассационное обжалование, и уклонялся от предоставления Д. отчётных документов, подтверждающих дату отправки жалобы.

К жалобе заявителем приложены копии документов (23 п.), включая: соглашение об оказании юридической помощи № 01-11/164 от 25.11.2016 г. (на составление и подачу кассационной жалобы в Президиум Московского городского суда); соглашение об оказании юридической помощи № 01-11/33 от 01.03.2017 г. (на составление и подачу кассационной жалобы в Судебную коллегию по гражданским делам ВС РФ); решение П-ского районного суда от 30.03.2016 г.; апелляционное определение М-ского городского суда от 22.07.2016 г.; определение Московского городского суда от 27.12.2016 г. об отказе в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в суде кассационной инстанции; доверенности, выданной заявителем адвокату.

В заседании Комиссии заявитель поддержала доводы жалобы, на вопросы членов Комиссии пояснила, что адвокат умышленно пропустил срок на подачу жалобы, чтобы её не рассматривали, и предоставил Д. подложную почтовую квитанцию.

По ходатайству заявителя к материалам дисциплинарного производства приобщены копии почтовых квитанций от 23.03.2017 г. и 05.04.2017 г.

Рассмотрев доводы жалобы, заслушав заявителя и изучив представленные документы, Комиссия приходит к следующим выводам.

01.03.2017 г. между сторонами рассматриваемого дисциплинарного производства было заключено соглашение на составление и подачу кассационной жалобы в Верховный суд РФ.

В силу п.п. 1 п. 1 ст. 7 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ», п. 1 ст. 8 КПЭА, адвокат обязан честно, разумно, добросовестно и активно отстаивать права и законные интересы доверителя всеми не запрещенными законодательством РФ средствами, а также честно, разумно, добросовестно, квалифицированно, принципиально и своевременно исполнять свои обязанности.

В силу п. 1 ч. 1 ст. 23 КПЭА, разбирательство в квалификационной комиссии адвокатской палаты субъекта РФ осуществляется устно, на основе принципов состязательности и равенства участников дисциплинарного производства.

Заявитель не отрицает, что кассационная жалоба была составлена и подана адвокатом. По вопросу даты подачи Комиссии представлены две почтовые квитанции: от 23.03.2017 г. и 05.04.2017 г., доказательствами того, что одна из квитанций является подложной, Комиссия не располагает.

Письмом ВС РФ от 14.04.2017 г. кассационная жалоба была возвращена заявительнице в связи с пропуском срока на её подачу. Адвокат обратился в суд первой инстанции с заявлением о восстановлении пропущенного срока. Определением от 02.07.2017 г. П-ский районный суд отказал в восстановлении пропущенного срока. При этом суд не признал в качестве уважительной причины пропуска срока нарушения, допущенные судом кассационной инстанции. На данное определение адвокатом была подана частная жалоба, в удовлетворении которой было отказано. Суд апелляционной инстанции указал, что на момент подачи кассационной жалобы в Президиум М-ского суда (14.12.2016 г.) до конца шестимесячного срока оставалось 40 дней и даже при исключении срока рассмотрения и почтовой рассылки, с 09.02.2017 г. заявитель имела возможность подать кассационную жалобу в оставшийся срок – до 21.03.2017 г.

Верховный суд РФ разъяснил, что течение срока на подачу кассационной жалобы приостанавливается с момента подачи жалобы до вынесения одного из определений, предусмотренных ст.ст. 383, 384 ГПК РФ (См. Постановление Пленума ВС РФ от 11.12.2012 г. № 29). Дата фактического получения определения заявителем правового значения не имеет. Комиссия считает, что при таких обстоятельствах адвокат, будучи профессиональным советником по правовым вопросам, на котором лежит обязанность по добросовестной и активной защите прав своего доверителя должен был отслеживать результаты рассмотрения кассационной жалобы, направленной в суд, а не дожидаться получения отказного определения по почте.

Кроме того, согласно п. 2 ст. 5 КПЭА, адвокат должен избегать действий, направленных к подрыву доверия к нему или к адвокатуре. Адвокат представил заявителю две почтовые квитанции (от 23.03.2017 г. и от 05.04.2017 г.), содержащие различные даты отправки кассационной жалобы и вплоть до настоящего времени не смог объяснить Д. причины такого разночтения, что привело к подрыву доверия к нему со стороны заявителя.

На основании изложенного Комиссией дано заключение о наличии в действиях адвоката Б. нарушений п.п. 1 п. 1 ст. 7 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ», п. 2 ст. 5, п. 1 ст. 8 КПЭА и ненадлежащем исполнении своих обязанностей перед доверителем Д., выразившихся в том, что адвокат: не отслеживал результаты рассмотрения кассационной жалобы в Президиуме М-ского суда, что привело к пропуску срока на подачу кассационной жалобы в Верховный суд РФ; вводил доверителя Д. в заблуждение относительно даты отправления кассационной жалобы в Верховный суд РФ.

https://www.apmo.ru/uid123/?show=theme&id=15619