#307

Обзор дисциплинарной практики Адвокатской палаты Московской области за 2 полугодие 2017 года (фрагмент № 8)

Регион: Московская область
Итог разбирательства: наличие нарушения норм ФЗ и КПЭА;
Статья ФЗ: ФЗ ст.7 п.1 подп.1;
Статья КПЭА: КПЭА ст.5; КПЭА ст.8 п.1;
Тема: соглашение адвоката с доверителем; адвокатская тайна;
Дата: 31 дек. 2017 г.
Вид документа: Обзор дисциплинарной практики (фрагмент)

Текст документа

В АПМО поступила жалоба П. в отношении адвоката Г., в которой сообщается, заявитель заключила с адвокатом соглашение на защиту П-о. Соглашение было заключено в одном экземпляре, без указания суммы вознаграждения, но адвокату было выплачено 500 000 рублей. В период с 20.04.2017 г. по 14.06.2017 г. адвокат бездействовала и не осуществляли защиту П-о., потребовала повторно оплатить вознаграждение и после отказа доверителя привлекла к оплате третьих лиц, разгласив тем самым адвокатскую тайну, не предоставила доверителю отчёта о проделанной работе, а 14.06.2017 г. в одностороннем порядке отказались от исполнения соглашения и отказались передать документы представителю заявителя.

К жалобе заявителем приложены копии следующих документов:

  • отчёта адвоката о проделанной работе от 30.06.2017 г.;
  • первый лист апелляционного постановления М-кого городского суда от 04.05.2017 г. по рассмотрению жалобы адвоката на постановление об избрании меры пресечения.

Адвокатом представлены письменные объяснения, в которых она не согласилась с доводами жалобы, пояснив, что 20.04.2017 г. между ней и заявителем было заключено соглашение на защиту П-о. Вознаграждение было определено в сумме 1 000 000 рублей. 20.04.2017 г. заявитель выплатила вознаграждение двумя платежами, что подтверждается приходными кассовыми ордерами. Заявитель отказалась получать свой экземпляр соглашения, о чём собственноручно расписалась в экземпляре соглашения адвоката, также заявитель отказалась от получения квитанции к приходному кассовому ордеру. 26.06.2017 г. в коллегию адвокатов поступило заявление с требованием о предоставлении отчёта о проделанной работе. Адвокат подготовила отчёт, сообщила об этом заявителю через «WhatsApp?» и договорилась с заявителем о встрече 04.07.2017 г., но заявитель на встречу не явилась. 20.07.2017 г. также по «WhatsApp?» заявитель направила сообщение о том, что приедет в коллегию 20.07.2017 г. Позднее, 25.07.2017 г. адвокат узнала, что П-о. от неё отказался. 20.07.2017 г. заявитель с неизвестной женщиной явилась в коллегию, отказалась подписывать подготовленные адвокатом документы и потребовала предоставить её экземпляр соглашения. Поскольку заявитель изначально отказалась получать свой экземпляр соглашения, адвокат предложила получить заверенную копию, предварительно написав заявление об этом, но заявитель отказалась.

В подтверждение доводов, изложенных в письменных объяснениях, адвокатом представлены материалы адвокатского производства на 195 листах, включая соглашение об оказании юридической помощи № СУ 2017-24 от 20.04.2017 г., приходно-кассовый ордер от 16.06.2017 г. № 31, отчёт о проделанной работе от 20.04.2017 г., акт приёма-передачи документов от 20.07.2017 г., адвокатские запросы и иные процессуальные документы.

В заседании Комиссии адвокат поддержала доводы, изложенные в письменных объяснениях, на вопросы членов Комиссии пояснила, что соглашение заключалось в двух экземплярах, но после отказа заявителя, её экземпляр был уничтожен. Заявитель отказалась от получения своего экземпляра, но делала фотокопию поэтому условия ей известны. Адвокат получила вознаграждение в полном объёме, но поручение не было исполнено полностью, поскольку П-о. от неё отказался до выполнения требований ст. 217 УПК РФ. Вопрос о возврате вознаграждения заявитель не ставила.

Рассмотрев доводы жалобы и письменных объяснений, заслушав адвоката и представителя заявителя, изучив представленные документы, Комиссия приходит к следующим выводам.

20.04.2017 г. между сторонами рассматриваемого дисциплинарного производства было заключено соглашение, предметом которого являлась защита назначенного доверителем лица – П-о. на стадии предварительного следствия. Адвокату выплачено вознаграждение в размере 1 000 000 рублей. Данное соглашение было расторгнуто досрочно – 25.07.2017 г. адвокат была извещена об этом следователем посредством направления сообщения через «WhatsApp?».

В силу п.п. 1 п. 1 ст. 7 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ», п. 1 ст. 8 КПЭА, адвокат обязан честно, разумно, добросовестно и активно отстаивать права и законные интересы доверителя всеми не запрещенными законодательством РФ средствами, а также честно, разумно, добросовестно, квалифицированно, принципиально и своевременно исполнять свои обязанности.

В силу п. 1 ч. 1 ст. 23 Кодекса профессиональной этики адвоката, разбирательство в квалификационной комиссии адвокатской палаты субъекта РФ осуществляется устно, на основе принципов состязательности и равенства участников дисциплинарного производства.

Доводы обвинения, выдвинутого заявителем в отношении адвоката, равно как и доводы объяснений адвоката, должны подтверждаться надлежащими, непротиворечивыми доказательствами.

Комиссия неоднократно отмечала, что если жалоба поступает от доверителя – стороны по соглашению, которому юридическая помощь не оказывалась, то претензии по качеству оказания такой помощи может предъявлять только доверитель, в интересах которого было заключено соглашение и которому оказывалась юридическая помощь по такому соглашению. Жалоб от П-о. в АПМО не поступало. Поэтому довод жалобы о том, что адвокат в период с 20.04.2017 г. по 14.06.2017 г. бездействовала и не осуществляли защиту П-о. не подлежит рассмотрению по существу.

В заседании Комиссии было установлено, что соглашение об оказании юридической помощи не было выполнено адвокатом в полном объёме в связи с его досрочным расторжением подзащитным.

Надлежащее исполнение адвокатом своих обязанностей перед доверителем предполагает не только исполнение предмета поручения, предусмотренного соглашением об оказании юридической помощи, но и надлежащее оформление договорных отношений с доверителем.

Комиссия, руководствуясь п.п. 1 п. 1 ст. 7 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ», п. 1 ст. 8 КПЭА, а также п. 1 ст. 978 ГК РФ, также указывала, что поскольку объём работы, предусмотренный соглашением, не был выполнен адвокатом в полном объёме, адвокат обязан определить размер неотработанного вознаграждения и принять меры по возврату его доверителю, либо разъяснить ему по какой причине он не может этого сделать. Комиссия считает, что исполнение данной обязанности особенно актуально в ситуации, когда конфликт между адвокатом и заявителем начался до того, как лицо, которому оказывалась юридическая помощь отказалось от услуг адвоката.

Кроме того, адвокат сообщила, что соглашение об оказании юридической помощи заключалось в двух экземплярах, но заявитель от получения своего экземпляра отказалась, и он был уничтожен.

Сохранение адвокатом документов, принадлежащих доверителю, каковым в частности является экземпляр соглашения об оказании юридической помощи (даже в условиях первичного отказа доверителя в его получении) и беспрепятственная передача их доверителю является одной из значимых обязанностей адвоката, которая вытекает из самого положения адвоката, необходимости сохранения убеждённости доверителя в порядочности, честности и добросовестности адвоката. Совершение адвокатом действий, направленных к подрыву доверия недопустимо (п. 2 ст. 5 КПЭА). При этом, Комиссия считает, что адвокат, как профессиональный советник по правовым вопросам, в рассматриваемой ситуации не могла не учитывать, что копия соглашения об оказании юридической помощи должна храниться в адвокатском образовании не менее 5 лет с момента исполнения поручения, а подлинник такого соглашения в обязательном порядке предоставляется доверителю (См. п. 01-18 Примерной номенклатуры дел адвокатских образований АПМО).

В оставшейся части Комиссия считает доводы жалобы не подтверждёнными надлежащими, непротиворечивыми доказательствами. В частности, в распоряжение Комиссии не предоставлено доказательств разглашения адвокатом адвокатской тайны, передачи отчёта о проделанной работе третьему лицу, отказа адвоката в одностороннем порядке от исполнения поручения, предусмотренного соглашением об оказании юридической помощи, удержания документов, принадлежащих заявителю. Отдельно Комиссия отмечает необоснованность довода жалобы о событиях, произошедших, по мнению заявителя, в коллегии адвокатов 20.07.2017 г. В частности, заявитель не обращалась в органы полиции с заявлением о проведении проверки по факту её незаконного удержания в коллегии и принуждения к подписанию документов.

На основании изложенного, Комиссией дано заключение о наличии в действиях адвоката Г. нарушений п.п. 1 п. 1 ст. 7 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ», п. 1 ст. 8, п. 2 ст.5 КПЭА, а также ненадлежащем исполнении адвокатом своих профессиональных обязанностей перед доверителем П., выразившихся в том, что адвокат: уничтожила экземпляр соглашения об оказании юридической помощи, принадлежащий П., что повлекло невозможность его предоставления по требованию доверителя; после досрочного расторжения соглашения по инициативе доверителя не определила размер неотработанного вознаграждения и не предприняла мер по его возврату.

https://www.apmo.ru/uid123/?show=theme&id=15619