#30

Решение Совета Адвокатской палаты Хабаровского края от 10 июня 2015 года

Регион: Хабаровский край
Итог разбирательства: прекращение статуса адвоката;
Статья ФЗ: ФЗ ст.7 п.1 подп.1; ФЗ ст.7 п.1 подп.4; ФЗ ст.8 п.1; ФЗ ст.17 п.2 подп.1; ФЗ ст.17 п.2 подп.2; ФЗ ст.22 п.15; ФЗ ст.25 п.4; ФЗ ст.25 п.6;
Статья КПЭА: КПЭА ст.4 п.1; КПЭА ст.5; КПЭА ст.8 п.1; КПЭА ст.8 п.2; КПЭА ст.9 п.1 подп.1; КПЭА ст.10 п.6; КПЭА ст.18 п.1; КПЭА ст.18 п.6 подп.3; КПЭА ст.19 п.2;
Тема: соглашение адвоката с доверителем; уголовное производство; недобросовестность при исполнении поручения; небрежное представление интересов;
Дата: 10 июн. 2015 г.
Вид документа: Решение Совета АП

Текст документа

Совет в составе : Кушнарева В.Г., Садохина В.А.,Генераловой Е.В., Столбина С.Г., Рыбалко Е.В., Седлер Е.В.,Топоровского В.М., Афонина Р.Г.,Казанцева А.Г. —

Рассмотрев в закрытом заседании заключение квалификационной комиссии в отношении адвоката Ш. возбужденное по представлению Вице-президента АПХК Садохина В.А.,

Совет установил:

09.04.2015 г. в адвокатскую палату Хабаровского края поступила жалоба гр-ки П., из которой следует, что 04.10.2014 года она заключила соглашение об оказании ей юридической помощи по уголовному делу с адвокатом Ш. и адвокатом Г. Они пообещали ей, что уголовное преследование в отношении ее, будет прекращено.

Она оплачивала работу двух адвокатов, так как Ш. и Г. заявили, что они работают по делам только вдвоем. Однако квалифицированной юридической помощи с их стороны она не получила. Ш. постоянно ее запугивала и требовала от нее деньги. По ее мнению адвокаты Ш. и Г. занимались вымогательством у нее денег.

Она просила адвокатов выдать ей квитанции об оплате услуг. Ш. выдать квитанции отказалась в грубой форме, и угрожала ей новыми проблемами.

Также, адвокаты Ш. и Г., отказались предоставить ей, отчет о своей работе.

Она просит привлечь адвокатов Ш. и Г. к дисциплинарной ответственности.

13.04.2015 г. в адвокатскую палату Хабаровского края от гр-ки П. поступило дополнение к вышеуказанной жалобе, в котором она указала, что адвокаты Ш. и Г. не заявили по делу необходимых ходатайств, не подали жалобу прокурору. Не смотря на их обещание решить вопрос о прекращении уголовного дела, дело не было прекращено.

Адвокат Г. получил от нее 57 тысяч рублей для поездки в Москву для проведения экспертизы. Однако по командировке перед ней не отчитался. Полагает, что адвокаты должны вернуть ей деньги, так как не выполнили условий соглашения.

30.04.2015 г. в адвокатскую палату Хабаровского края от гр-ки П. поступило еще одно дополнение к жалобе, из которого следует, что она передала адвокатам Ш. и Г. 04.10.2014 года в помещении коллегии адвокатов «Юридический центр» 15 тысяч рублей; в конце октября 2014 года — 85 тысяч рублей; 02.02.2015 года — две тысячи долларов США; 12.03.2015 года передала Г. 57 тысяч рублей для поездки в г. Москву и проведения экспертизы в институте им. Сербского. При этом адвокаты квитанций о принятии денег не оформляли.

От адвоката Ш. и Г. поступило совместно оформленное объяснение и дополнение к нему, из которых следует, что 04.10.2014 г. к ним за юридической помощью обратилась гр-ка П. В тот же день между П. и адвокатом Ш. было заключено соглашение об оказании ей юридической помощи на стадии проведения доследственной проверки и расследования уголовного дела. Гонорар был определен в сумме 100 тысяч рублей.

А также, 04.10.2014 г. заключено соглашение, по этому же делу, с адвокатом Г., гонорар по которому определен в сумме 500 рублей.

24.01.2015 г. между П. и адвокатом Ш. было заключено новое соглашение об оказании юридической помощи заявительнице, по этому же уголовному делу, на стадии предварительного расследования и рассмотрения дела в суде. Гонорар определен в сумме 300 тысяч рублей.

В соглашении от 04.10.2014 г., заключенного с адвокатом Ш. было указано, что желаемым результатом ее работы является прекращение уголовного дела, поскольку заявительница полагала, что дело сфабриковано.

В дополнении к своим объяснениям, адвокаты Ш. и Г., пояснили, что П. по соглашению от 04.10.2014 г. выплатила 100 тысяч рублей частями в период с 04.10.2014 г. по январь 2015 г., о чем ей были выданы расписки, и впоследствии, оформлена, и передана ей квитанция. По соглашению, заключенному между адвокатом Г. и П. на сумму 500 руб., деньги заявительницей адвокату не выплачивались. По соглашению между П. и адвокатом Ш. от 24.01.2015 г., в котором гонорар определен в сумме 300 тысяч рублей, заявительница вознаграждение адвокату не выплачивала.

По поводу командировки в г. Москву в институт им. Сербского, адвокаты пояснили, что заявительница приняла решение направить туда адвоката Г., для разъяснений по проведенной следствием судебно-психиатрической экспертизе. Она согласилась оплатить расходы по командировке в сумме 52 тысячи рублей. В институте Г. получил консультацию. По приезду в г. Хабаровск, представил П. проездные документы и договор с институтом. Разъяснил ей несостоятельность ее сомнений по поводу проведенной следствием судебно-психиатрической экспертизы.

По заявлению доверительницы о непредставлении ей отчета о проделанной работе, адвокаты заявили, что последней известно, что они делали, осуществляя ее защиту.

От дальнейшего участия адвокатов Ш. и Г. в деле, П. отказалась.

Ш. на заседании квалифкомиссии пояснила, что гражданка П. обратилась к ней по рекомендации знакомых. Она честно и добросовестно защищала её права и интересы на предварительном следствии. Никаких упреков, либо замечаний от П. не поступало. Адвокат Ш. пояснила, что регистрация соглашения, это не обязательный атрибут. П. пришла в выходной день, канцелярия была закрыта, поэтому соглашение не было зарегистрировано.

В представлении указано, что соглашение оформлено с определенными нарушениями. В настоящее время бланки соглашения поменяли и привели их в соответствие с законом.

Ш. не согласна с тем, что адвокаты обещали П. прекращение уголовного дела. В бланке написано желаемый результат клиента. Они спросили П.: «Что Вы хотите?», административное наказание или штраф. В соглашении не было указано, что адвокаты обещают прекращение уголовного дела.

Деньги от гражданки П. она получила с начало 15000 руб. и дала ей расписку, а после в январе получила 85000 руб. деньги внесла в кассу коллегии и выписала квитанцию. Необходимость заключения второго соглашения объясняет тем, что впоследствии были возбуждены ещё уголовные дела, которые потом объединили и объем работы увеличился. Второе соглашение не было зарегистрировано, так как в тот период времени регистрировалась новая коллегия адвокатов, куда переходила Ш.

Адвокат Г. квалификационной комиссии пояснил, что 04 октября 2014 года пришла гражданка П. к адвокату Ш. и в его присутствии стала излагать суть своей проблемы. При нем П. заключила с Ш. соглашение на её защиту, на сумму 100000 руб. Когда они выясняли обстоятельства дела, то посчитали, что это дело одного прихода к следователю. П. спросила у адвоката Г., может ли он помочь. На что адвокат Г. сказал, что может поддержать её и сходить один раз буквально за копейки. Они проехали в адвокатский кабинет и заключили соглашение.

Соглашение заключили на 500 рублей, потому что он не мог заключить бесплатное соглашение и ему нужно было указать сумму. После этого они приехали к следователю в следственный комитет. Где адвокат Г. узнал, что П. была уже ранее судима. Она находилась в оперативной разработке, в результате у неё возникло несколько уголовных дел. В дальнейшем дело вела Ш.. Г. предлагал П. перезаключить соглашение, но она отказалась. Сказав, что основной, ведущий адвокат Ш. и нет необходимости с адвокатом Г. перезаключать соглашение. Он с Ш. вел по делу общее адвокатское досье. Так им было удобно так работать.

Гонорар определен сторонами в сумме 100 тысяч рублей.

Соглашением предусмотрен задаток в сумме 15 тысяч рублей. Между тем, соглашение о задатке, является ничтожным, поскольку создает препятствие для доверителя, в осуществлении своего права на расторжение соглашения об оказании юридической помощи, в одностороннем порядке, в любое время.

В соглашении указано, что желаемым результатом является прекращение уголовного дела. Однако, обещание доверителю положительного результата выполнения поручения, запрещено Законом (п.2 ст. 10 КПЭА).

Соглашение подписано доверительницей и адвокатом Ш.

Как следует из жалобы заявительницы, Ш. заявила, что работает только с адвокатом Г. В связи с этим условием, выдвинутым Ш., она вынуждена была оплачивать работу двоих адвокатов.

04.10.2014 г. она передала Ш. и Г. 15 тысяч рублей, а в конце октября 2014 года — 85 тысяч рублей. Это соответствует условиям соглашения и пояснениям адвокатов, которые указали в дополнении к своему объяснению, что П. выплатила 100 тысяч рублей частями.

То обстоятельство, что адвокаты Ш. и Г. фактически вдвоем приняли на себя защиту П. в полном объеме, за выплаченное ею для них двоих вознаграждение, подтверждается, кроме того, совместным характером действий адвокатов, ведением одного досье, дачей совместного объяснения по поводу жалобы заявительницы.

Принятие защиты доверителя двумя адвокатами допустимо с точки зрения законодательства. Однако в этом случае, соглашение об оказании юридической помощи заключается в ином порядке, а вознаграждение вносится в кассу коллегии или перечисляется на расчетный счет адвокатского образования в порядке, который предусматривается соглашением. Однако адвокатами эти требования Закона об адвокатуре не выполнены.

Из квитанции серии ХА № 023952 от 15.01.2015 г. видно, что коллегией адвокатов «Дом права» принято от адвоката Ш. за оказание юридических услуг П. сто тысяч рублей. Вместо подписи заявительницы в графе «уплатил» указана фамилия адвоката Ш. Подпись П. в квитанции отсутствует.

Таким образом, представленная квитанция является недействительной, чем подтверждается то обстоятельство, что П. передала Ш. сначала 15 тысяч рублей, а затем 85 тысяч рублей, а также то, что при передаче адвокату заявительницей денег, квитанции не оформлялись.

Кроме того, деньги в сумме 15 тысяч рублей, по существу, являющиеся авансом, и деньги, переданные адвокату Ш. заявительницей в конце октября 2014 г. в сумме 85 тысяч рублей, должны были быть внесены ею в кассу коллегии «Хабаровский краевой юридический центр» не позднее 31 октября 2014 г., поскольку начисление бухгалтером коллегии выплат адвокатам, производится с учетом исчисления налогов и профессиональных отчислений, ежемесячно. Ш. в этот период осуществляла адвокатскую деятельность в вышеуказанной коллегии.

Между тем, указанное вознаграждение не было внесено в кассу коллегии, и удерживалось Ш. у себя длительный период — с октября 2014 года по 16 марта 2015 года. Это свидетельствует об умышленном неисполнении адвокатом требований Закона о внесении вознаграждения, выплаченного доверителем в кассу коллегии.

Представлено соглашение на оказание юридической помощи П. от 24.01.2015 г. без регистрационного номера. В соглашении отсутствует указание на принадлежность адвоката к адвокатской палате Хабаровского края. Предмет соглашения является неопределенным, поскольку включает в себя представительство доверительницы, ее защиту и оказание ей другой юридической помощи.

Как указано в соглашении, характером поручения является оказание юридической помощи по четырем уголовным делам, как на предварительном следствии, так и в суде. При этом не уточняется, на каких судебных стадиях будет осуществляться защита. Такая неопределенность вводит доверительницу в заблуждение, в силу ее юридической неосведомленности, поскольку не ясно какие действия по ее защите, и на каких стадиях уголовного судопроизводства, должен выполнить адвокат.

Указание в соглашении, что адвокат оказывает доверителю юридическую помощь по четырем уголовным делам, является некорректным, поскольку, на самом деле, в отношении заявительницы имелось одно уголовное дело, в котором объединены четыре эпизода преступлений. Это также вводит доверителя в заблуждение относительно объема работы, который предстоит выполнять адвокату. Мнимое увеличение объема работы, используется адвокатом для воздействия на доверителя, с целью увеличения суммы гонорара.

Гонорар определен соглашением в сумме 300 тысяч рублей. Соглашение подписано доверительницей и адвокатом Ш.

Как пояснили адвокаты Ш. и Г., гонорар, определенный указанным соглашением заявительницей не выплачивался.

Однако, из жалобы и пояснений на заседании квалификационной комиссии гражданки П. следует, что 02.02.2015 г. она передала Ш. и Г. две тысячи долларов США, что, по ее мнению, составляло на тот период, примерно 75 тысяч рублей. При этом адвокатами квитанция не оформлялась.

Утверждение П. о том, что она передала адвокатам Ш. и Г. 2-е тысячи долларов, подтверждается тем, что адвокатами и ранее не оформлялись квитанции о передаче им денег заявительницей. А также тем, что Ш. длительное время удерживала у себя переданные ей ранее в качестве вознаграждения денежные средства, а также небольшим временным периодом между заключением этого соглашения с доверительницей и передачей ею денег адвокатам (с 24.01.2015 г. по 02.02.2015 г.).

Кроме того, указанные обстоятельства косвенно подтверждаются представленным ходатайством адвоката Г. от 27.01.2015г. из которого следует, что в ходе обыска по месту жительства заявительницы у нее были изъяты денежные средства в иностранной валюте.

Таким образом, адвокат Ш. не выполнила честно и добросовестно свои обязанности перед доверителем.

В отношении возврата денежных средств уплаченных гражданкой П. в качестве гонорара адвокатам, Совет отмечает, что компетенция Совета строго ограничена и не может быть расширена за счет рассмотрения других вопросов, отнесенных к компетенции государственных органов или должностных лиц. Совет не имеет полномочий по рассмотрению вопросов гражданско-правового характера, связанных со спором о размере отработанного адвокатом гонорара, о возврате адвокатом доверителю неотработанной части гонорара.

Изучив материалы заключения квалифкомиссии, Совет считает, что в действиях адвоката Ш. усматривается нарушение норм Кодекса профессиональной этики адвоката и ФЗ " Об адвокатской деятельности и адвокатуре".

В нарушение действующего законодательства об адвокатуре, Ш. осуществляла адвокатскую деятельность, ненадлежащим образом, оформив с нарушением законодательства об адвокатуре два соглашения об оказании юридической помощи доверительнице от 04.10.2014 г. и от 24.01.2015 г.; полученное совместно с адвокатом Г. от доверительницы вознаграждение в сумме 15 тысяч рублей, 85 тысяч рублей, 2 тысячи долларов США в кассу адвокатского образования не внесла, отчет о проделанной работе доверительнице представила после возбуждения дисциплинарного производства. В нарушение Закона, злоупотребив доверием, ввела заявительницу в заблуждение обещанием прекращения уголовного дела.

В действиях адвоката Ш. усматривается нарушение требований пунктов 1, 4 части 1 статьи 7; пункт 15 статьи 22; пунктов 1, 2 части 4, части 6 статьи 25 Федерального закона от 31.05.2002 г. № 63-ФЗ " Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации", в соответствии с которыми:

адвокат обязан честно, разумно и добросовестно отстаивать права и законные интересы доверителя всеми не запрещенными законодательством Российской Федерации средствами;
адвокат обязан соблюдать кодекс профессиональной этики адвоката и исполнять решения органов адвокатской палаты субъекта Российской Федерации, Федеральной палаты адвокатов Российской Федерации, принятые в пределах их компетенции;
соглашения об оказании юридической помощи в коллегии адвокатов заключаются между адвокатом и доверителем и регистрируются в документации коллегии адвокатов;
существенными условиями соглашения являются:

указание на адвоката (адвокатов) принявшего (принявших) исполнение поручения в качестве поверенного (поверенных), а также на его (их) принадлежность к адвокатскому образованию и адвокатской палате;
предмет поручения;

вознаграждение, выплачиваемое адвокату доверителем, подлежит обязательному внесению в кассу соответствующего адвокатского образования либо перечислению на расчетный счет адвокатского образования в порядке и сроки, которые предусмотрены соглашением.
В ее действиях, также, усматривается нарушение требований пункта 1 статьи 4; пунктов 1,2,3 статьи 5; пунктов 1,2 статьи 8; подпункта 1 пункта 1 статьи 9; пунктов 2, 6 статьи 10 Кодекса профессиональной этики адвоката, в соответствии с которыми:
адвокат при всех обстоятельствах должен сохранять честь и достоинство, присущие его профессии;
профессиональная независимость адвоката, а также убежденность доверителя в порядочности, честности и добросовестности адвоката, являются необходимыми условиями доверия к нему;
адвокат должен избегать действий (бездействия), направленных к подрыву доверия;
злоупотребление доверием несовместимо со званием адвоката;
при осуществлении профессиональной деятельности адвокат обязан:

честно, разумно, добросовестно, квалифицированно, принципиально и своевременно исполнять свои обязанности, активно защищать права, свободы и интересы доверителей всеми не запрещенными законодательством средствами, руководствуясь Конституцией Российской Федерации, законом и настоящим кодексом;
уважать права, честь и достоинство лиц, обратившихся к нему за оказанием юридической помощи, доверителей;

адвокат не вправе: действовать вопреки законным интересам доверителя, оказывать ему юридическую помощь, руководствуясь соображениями собственной выгоды;
адвокат не вправе давать лицу, обратившемуся за оказанием юридической помощи, или доверителю обещания положительного результата выполнения поручения;
при отмене поручения адвокат должен незамедлительно возвратить доверителю все полученные от последнего подлинные документы по делу и доверенность, а также при отмене или по исполнении поручения — предоставить доверителю по его просьбе отчет о проделанной работе.

Существование и деятельность адвокатского сообщества невозможны без соблюдения корпоративной дисциплины и профессиональной этики, заботы адвокатов о чести и достоинстве, а так же об авторитете адвокатуры.

Проступок адвоката, который порочит его честь и достоинство, умаляет авторитет адвокатуры; неисполнение или ненадлежащее исполнение адвокатом своих профессиональных обязанностей перед доверителем должны стать предметом рассмотрения квалификационной комиссии и Совета адвокатской палаты, проводимого в соответствии с процедурами дисциплинарного производства, предусмотренными Кодексом профессиональной этики адвоката (п.1 и 2 ст.19)

Необходимость соблюдения правил адвокатской профессии вытекает из факта присвоения статуса адвоката. (п.1, 2 ст. 4 КПЭА). Адвокат при всех обстоятельствах должен сохранять честь и достоинство, присущее его профессии.

Нарушение адвокатом требований законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре и настоящего Кодекса, совершенные умышленно или по грубой неосторожности, влечет применение мер дисциплинарной ответственности, предусмотренных законодательством об адвокатской деятельности и адвокатуре и настоящим Кодексом (п. 1 ст. 18 КПЭА).

Исходя из заключения квалификационной комиссии, Совет считает, что в действиях адвоката Ш. имеются нарушения норм Закона и Кодекса профессиональной этики адвоката, а именно пунктов 1, 4 части 1 статьи 7; пункт 15 статьи 22; пунктов 1, 2 части 4, части 6 статьи 25 Федерального закона от 31.05.2002 г. № 63-ФЗ " Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации«, пункта 1 статьи 4; пунктов 1,2,3 статьи 5; пунктов 1,2 статьи 8; подпункта 1 пункта 1 статьи 9; пунктов 2, 6 статьи 10 Кодекса профессиональной этики адвоката.

На основании изложенного, руководствуясь ст.17 п.2, пп.1,2. ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ», ст. 18 п.6 пп.3 Кодекса профессиональной этики адвоката — статус адвоката Ш. прекратить, ввиду отсутствия оснований для применения более мягкой меры воздействия.

https://advokatdv.ru/node/622