#280

Обзор дисциплинарной практики Адвокатской палаты Московской области за 2 полугодие 2016 года (фрагмент № 6)

Регион: Московская область
Итог разбирательства: наличие нарушения норм ФЗ и КПЭА;
Статья ФЗ: ФЗ ст.7 п.1 подп.1; ФЗ ст.25 п.1; ФЗ ст.25 п.2; ФЗ ст.25 п.6;
Статья КПЭА: КПЭА ст.5; КПЭА ст.8 п.1;
Тема: соглашение адвоката с доверителем; недобросовестность при исполнении поручения; финансовые нарушения;
Дата: 31 дек. 2016 г.
Вид документа: Обзор дисциплинарной практики (фрагмент)

Текст документа

11.05.2016 г. в АП МО поступила жалоба Ч. в отношении адвоката Н. в которой заявительница сообщает, что 06.04.2016 г. она обратилась к адвокату за оказанием юридической помощи несовершеннолетней племяннице, которую незаконно поставили на учёт в ОДН. 08.04.2016 г. адвокату на банковскую карту были перечислены 12 000 рублей. Заявительница получила от адвоката письмо - подтверждение в получении денежных средств и ориентацию на телефонный звонок другого адвоката 11.04.2016 г. (для получения соглашения и квитанции). Поскольку телефонный звонок не поступил, заявительница сама пыталась связаться с адвокатом, но он на телефонные звонки не отвечал, также не отвечали стационарные телефоны адвокатского образования. 13.04.2016 г. заявительница получила от адвоката один документ – обращение в суд, которое практически полностью дублировало обращение заявительницы в прокуратуру и содержало несколько абзацев без ссылок на закон, которые не отличались лексической грамотностью. 15.04.2016 г. заявительница получила итоговое обращение в суд, адвокат предупредил, что замечания Ч. значения не имеют. Ч. позвонила адвокату и попросила представить документы (обращение в суд и обращение в прокуратуру) не позднее 16.04.2016 г. Поскольку документов заявительница не получила, 17.04.2016 г. она обратилась с претензией к адвокату, 18.04.2016 г. от адвоката был получен ответ, содержащий ссылки на несуществующие договорённости. Заявительница была вынуждена обратиться к другому специалисту. 20.04.2016 г. от адвоката было получено письмо о готовности к возврату денежных средств, но до настоящего времени вознаграждение не возвращено.
В жалобе ставится вопрос о привлечении адвоката к дисциплинарной ответственности.
К жалобе приложены копии электронной переписки, подтверждающей доводы, изложенные в жалобе и копия чека о переводе денежных средств на банковскую карту.
Заявитель Ч. в заседание Квалификационной комиссии не явилась, извещена надлежащим образом, в связи с чем членами комиссии, на основании п. 3 ст. 23 КПЭА, принято решение о рассмотрении дисциплинарного производства в её отсутствие.
Адвокат Н. представил письменные объяснения, согласно которым адвокат считает жалобу незаконной и необоснованной, поскольку Ч. не является его доверителем, она сама неоднократно уклонялась от оформления соглашения с адвокатом, ей изначально было сообщено, что составлением жалобы будет заниматься другой адвокат. Он передал документы заявителя для исполнения другому адвокату, но тот отказался работать. Денежные средства возвращены Ч. в полном объёме.
К письменным объяснениям адвоката приложена копия переписки между адвокатом и заявителем, копия банковской выписки о переводе денежных средств, копия искового заявления о возмещении ущерба.
В заседании комиссии адвокат поддержал доводы, изложенные в письменных объяснениях, на вопросы членов комиссии пояснил, что письменного соглашения между ним и Ч. не заключалось, денежные средства были перечислены на банковскую карту, а не на счёт коллегии, для ускорения процесса составления жалобы. Заявитель просила включать в жалобу сведения не соответствующие действительности, ей было отказано. Коллегия, в которой осуществляет адвокатскую деятельность Н., является «клиентоориентированной», поэтому соглашение заключается по желанию клиента. Несмотря на полный возврат денежных средств, для Ч. были составлены и направлены ей две жалобы.
Рассмотрев доводы жалобы и письменных объяснений, заслушав адвоката и изучив представленные документы, комиссия приходит к следующим выводам.
Прежде всего, комиссия считает, что представленные материалы опровергают довод адвоката о том, что Ч. не являлась его доверителем. Представленная заявителем переписка с адвокатом подтверждается адвокатом и позволяет сделать вывод о том, что Ч. обращалась к Н. именно как к адвокату и обоснованно, учитывая также, что вознаграждение перечислялось на его банковскую карту, рассчитывала на исполнение им принятого поручения.

Комиссия также отмечает, что в силу п. 15 ст. 22 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ», соглашения об оказании юридической помощи в коллегии адвокатов заключаются между адвокатом и доверителем и регистрируются в документации коллегии адвокатов. В коллегии адвокатов адвокат самостоятельно, за исключением случаев оказания юридической помощи по назначению судебно-следственных органов, решает вопрос о возможности работы с тем или иным доверителем. Ни руководитель адвокатского образования, ни другой адвокат, не вправе оказывать на него какое-либо давление в вопросе о возможности принятия поручения доверителя.

В силу п.п. 1 п. 1 ст. 7 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ», п. 1 ст. 8 Кодекса профессиональной этики адвоката, адвокат обязан честно, разумно, добросовестно и активно отстаивать права и законные интересы доверителя всеми не запрещенными законодательством РФ средствами, а также честно, разумно, добросовестно, квалифицированно, принципиально и своевременно исполнять свои обязанности.

В соответствии с п.п. 1 и 2 ст. 25 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ», адвокатская деятельность осуществляется на основе соглашения между адвокатом и доверителем, которое представляет собой гражданско-правовой договор, заключаемый в простой письменной форме между доверителем и адвокатом (адвокатами), на оказание юридической помощи самому доверителю или назначенному им лицу. Данное требование является обязательным для исполнения при оказании адвокатом любой юридической помощи и не имеет каких-либо исключений, тем более связанных с некой «клиентоориентированностью» коллегии адвокатов.
По рассматриваемому дисциплинарному производству адвокат не отрицает отсутствия письменного соглашения на оказание юридической помощи заявителю.
Далее комиссия отмечает, что в силу п. 6 ст. 25 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ», вознаграждение, выплачиваемое адвокату доверителем, и (или) компенсация адвокату расходов, связанных с исполнением поручения, подлежат обязательному внесению в кассу соответствующего адвокатского образования либо перечислению на расчетный счет адвокатского образования в порядке и сроки, которые предусмотрены соглашением.
Законодательство об адвокатской деятельности не предусматривает каких-либо исключений из данного порядка внесения доверителем вознаграждения адвокату. Получение адвокатом денежных средств на принадлежащую ему банковскую карту, т.ч. для «ускорения процесса написания жалобы», противоречит вышеуказанной норме закона, является грубым нарушением прав доверителя, не может рассматриваться иначе, как совершение адвокатом действий, направленных к подрыву доверия (п. 2 ст. 5 Кодекса профессиональной этики адвоката).
На основании изложенного, оценив собранные доказательства, комиссия приходит к выводу о наличии в действиях (бездействии) адвоката Н. нарушений п.п. 1 п. 1 ст. 7, п. 1, 2 и 6 ст. 25 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ», п. 2 ст. 5, п. 1 ст. 8 Кодекса профессиональной этики адвоката, и ненадлежащем исполнении своих обязанностей перед доверителем Ч.

https://www.apmo.ru/uid123/?show=theme&id=1420