#251

Обзор дисциплинарной практики Адвокатской палаты Удмуртской Республики за 2 полугодие 2016 года (фрагмент № 3)

Регион: Удмуртская Республика
Итог разбирательства: предупреждение;
Статья ФЗ: ФЗ ст.7 п.1 подп.1; ФЗ ст.7 п.1 подп.4; ФЗ ст.29 п.4;
Статья КПЭА: КПЭА ст.5; КПЭА ст.8 п.1; КПЭА ст.13 п.2; КПЭА ст.13 п.4;
Тема: защита по назначению; недобросовестность при исполнении поручения;
Дата: 31 дек. 2016 г.
Вид документа: Обзор дисциплинарной практики (фрагмент)

Текст документа

В Адвокатскую палату УР поступила жалоба У. в отношении адвоката коллегии адвокатов «Можгинская» Ж.

У. пишет, что он был привлечен к уголовной ответственности по п. «а» ч.2 ст.131 УК РФ, и был осужден Можгинским райсудом УР 19.04.2016 г. на 6 лет лишения свободы. Его защиту по назначению следователя и суда осуществлял адвокат Ж.

По утверждению У., адвокат Ж. не оказал ему квалифицированной правовой помощи. Адвокат Ж. допустил, чтобы с У. проводились следственные действия непосредственно в день его задержания, когда тот пребывал в состоянии алкогольного опьянения. Продолжительность допросов У. с момента задержания превысила допустимые пределы в течение дня, и следственные действия были проведены в ночное время, хотя и не являлись неотложными. Адвокат Ж., как отмечено в жалобе, исполнял роль «помощника следователя», когда вместо последнего приносил документы на подпись обвиняемому. При выполнении У. требований ст.217 УПК РФ адвокат Ж. не присутствовал, поскольку был занят в суде по другому делу.

Кроме того, У. вынужден был оспаривать обвинительный приговор Можгинского райсуда от 19.04.2016 г. самостоятельно в апелляционном порядке. Адвокат же Ж. апелляционную жалобу от своего имени не подавал при наличии оснований для отмены приговора. В итоге, обвинительный приговор Можгинского райсуда от 19.04.2016 г. Судебной коллегией Верховного Суда УР отменен по апелляционной жалобе У. Автор жалобы У. вопрошает: «В качестве кого (следователя или адвоката) по его делу был Ж.?»

Адвокат Ж. не представил свои возражения на жалобу У.

В соответствии с п.4 ст.29 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», адвокатская палата создается в целях, в том числе, контроля за соблюдением адвокатами кодекса профессиональной этики адвоката.

Согласно ч.2 п.7 ст.31 указанного закона президент адвокатской палаты возбуждает дисциплинарное производство в отношении адвоката или адвокатов при наличии допустимого повода и в порядке, предусмотренном кодексом профессиональной этики адвоката.

В соответствии с п.4 ст.23 Кодекса профессиональной этики адвоката разбирательство в комиссии осуществляется в пределах тех требований и по тем основаниям, которые изложены в жалобе, представлении, обращении. Изменение предмета и (или) основания жалобы, представления, обращения не допускается.

Сложившаяся дисциплинарная практика в Адвокатской палате Удмуртской Республике в соответствии со ст.23 Кодекса профессиональной этики адвоката основывается на принципах состязательности, что, в свою очередь, требует от участника дисциплинарного производства обоснования своей позиции, предоставлением в установленном порядке доказательств.

При рассмотрении дисциплинарного производства, носящего публично-правовой характер, в Адвокатской палате Удмуртской Республики исходят последовательно из презумпции добросовестности адвоката. Обязанность опровержения добросовестности адвоката возложена на заявителя (участника дисциплинарного производства, требующего привлечения адвоката к дисциплинарной ответственности), который должен доказать те обстоятельства, на которые он ссылается как на основания своих требований.

Квалификационная комиссия Адвокатской палаты УР находит доводы жалобы У. в части обоснованными, а именно, в не оказании адвокатом Ж. юридической помощи по обжалованию приговора Можгинского районного суда от 19.04.2016 г. в апелляционном порядке.

Адвокат при осуществлении профессиональной деятельности обязан честно, разумно и добросовестно отстаивать права и законные интересы доверителей всеми не запрещенными законодательством Российской Федерации средствами, соблюдать Кодекс профессиональной этики адвоката. За неисполнение либо ненадлежащее исполнение своих обязанностей адвокат несет ответственность, предусмотренную Федеральным законом от 31 мая 2002 г. N 63-Ф3 "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации" (с последующими изменениями от 28 октября 2003 г., 22 августа, 20 декабря 2004 г.) - пп. 1 и 4 п. 1 ст. 7; п. 2 ст. 7 названного Закона.

Защитник - лицо, осуществляющее в установленном УПК РФ порядке защиту прав и интересов подозреваемых и обвиняемых и оказывающее им юридическую помощь при производстве по уголовному делу. В качестве защитников допускаются адвокаты (ч. 1 и 2 ст. 49 УПК РФ). С момента допуска к участию в уголовном деле защитник, в частности, вправе: присутствовать при предъявлении обвинения, участвовать в допросе подозреваемого, обвиняемого, а также в иных следственных действиях, производимых с участием подозреваемого, обвиняемого либо по его ходатайству или ходатайству самого защитника в порядке, установленном УПК РФ; знакомиться с протоколом задержания, постановлением о применении меры пресечения, протоколами следственных действий, произведенных с участием подозреваемого, обвиняемого, иными документами, которые предъявлялись либо должны были предъявляться подозреваемому, обвиняемому; знакомиться по окончании предварительного расследования со всеми материалами уголовного дела, выписывать из уголовного дела любые сведения в любом объеме, снимать за свой счет копии с материалов уголовного дела, в том числе с помощью технических средств; заявлять ходатайства и отводы; приносить жалобы на действия (бездействие) и решения дознавателя, следователя, прокурора, суда и участвовать в их рассмотрении судом; использовать иные не запрещенные УПК РФ средства и способы защиты (п. 4-8, 10, 11 ч. 1 ст. 53 УПК РФ).

В соответствии с п.п. 1,2, 3 п. 4 ст. 13 Кодекса профессиональной этики адвоката, адвокат-защитник обязан обжаловать приговор: 1) по просьбе подзащитного; 2) если суд не разделил позицию адвоката-защитника и (или) подзащитного и назначил более тяжкое наказание или наказание за более тяжкое преступление, чем просили адвокат и (или) подзащитный; 3) при наличии оснований к отмене или изменению приговора по благоприятным для подзащитного мотивам.

Из жалобы У. следует, что адвокатом Ж. не оказана юридическая помощь по обжалованию приговора Можгинского районного суда от 19 апреля 2016 г.

Данные претензии не оспорены адвокатом Ж.

При данной ситуации Квалификационная комиссия Адвокатской палаты полагает, что адвокат Ж. не предпринял всех мер для выяснения вопроса у У. о необходимости обжалования приговора. В том случае, если У. желал обжаловать приговор, то адвокат обязан был оказать данную юридическую помощь. В случае если У. не нуждался в оказании юридической помощи по обжалованию приговора, адвокату следовало получить заявление об отказе от обжалования приговора.

В п.4 ст. 13 Кодекса профессиональной этики адвоката прямо предписано, что отказ подзащитного от обжалования приговора фиксируется его письменным заявлением адвокату.

В остальной части жалобы (претензии У. по оказанию юридической помощи Ж. в ходе предварительного расследования), квалификационная комиссия Адвокатской палаты УР не находит нашедшими свое подтверждение, поскольку заявителем не представлены доказательства в подтверждение доводов.

Квалификационная комиссия Адвокатской палаты Удмуртской Республики пришла к выводу, что адвокату Ж. надлежало строго руководствоваться нормами ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ» (п.п.1, 4 п.1 ст.7).

Адвокатом Ж. нарушены нормы Кодекса профессиональной этики адвоката (п.1 ст. 8, п.2 ст.5, п.п. 2, 4 ст.13).

Решением Совета АП УР 25.01.2017 г. адвокату Ж. объявлено предупреждение.

https://apur.ru/index.php?option=com_content&view=article&id=961:srochnaya-novost&catid=10&Itemid=20