#249

Обзор дисциплинарной практики Адвокатской палаты Удмуртской Республики за 2 полугодие 2016 года (фрагмент № 1)

Регион: Удмуртская Республика
Итог разбирательства: предупреждение;
Статья ФЗ: ФЗ ст.7 п.1 подп.1; ФЗ ст.7 п.1 подп.4; ФЗ ст.29 п.4;
Статья КПЭА: КПЭА ст.8 п.1; КПЭА ст.9 п.1 подп.1; КПЭА ст.15 п.6;
Тема: защита по назначению;
Дата: 24 нояб. 2016 г.
Вид документа: Обзор дисциплинарной практики (фрагмент)

Текст документа

Адвокат обязан участвовать в качестве защитника в уголовном судопроизводстве по назначению органа дознания, органа предварительного следствия или суда исключительно в порядке, определяемом адвокатской палатой субъекта Российской Федерации.

В АП УР поступила жалоба О. в отношении адвоката Ш., практикующей в адвокатском кабинете города Ижевска.

Из жалобы следует, что в отношении О. было возбуждено уголовное дело № 11-1006, предварительное расследование по которому велось дознавателями органов Федеральной службы судебных приставов в отделении Первомайского РОСП Ижевска.

01.06.2016 г. старший судебный пристав Первомайского РОСП П. вызвала О. для участия в следственных действиях и ознакомление с материалами уголовного дела, назначив при этом в качестве его защитника адвоката Ш. Возражения О. с отказом от адвоката по назначению были отвергнуты П. с пояснением о том, что он «не вправе отказаться от услуг Ш.». Смирившись со сложившимся положением, О. подписал все документы, что были ему представлены. При этом, как утверждает заявитель жалобы, ни он, ни адвокат Ш. фактически 01.06.2016 г. не знакомились с материалами уголовного дела.

Впоследствии О. предлагал адвокату Ш. встретиться для обсуждения позиции защиты его интересов, однако ему было заявлено, что уже поздно что-то менять, поскольку, дескать, им было подписано ходатайство о рассмотрении уголовного дела судом в особом порядке производства.

При ознакомлении с материалами уголовного дела в суде 09.06.2016 г. О. выяснил, что подписи Ш. в документах датированы не только 01 июня 2016 г., но и 02 июня 2016 г., чего быть не должно. Когда же О. сообщил Ш., что суд по его уголовному делу назначен на 20.06. 2016 г., то адвокат заявила ему о своём очередном отпуске с 15.06.2016 г.

О. также стало известно, что адвокат Ш. вступила в его дело вне графика дежурств по Ижевску. О. просит дать правовую оценку действиям адвоката, и ставит вопрос о дисциплинарной ответственности адвоката Ш.

В своих объяснениях на жалобу адвокат Ш. указала, что вступила 01.06.2016 г. в уголовное дело по обвинению О. в качестве защитника в нарушение графика дежурств адвокатов по просьбе дознавателя Первомайском РОСП города Ижевска П. В ходе осуществления защиты предлагала О. конфиденциально побеседовать, от чего тот отказался, разъяснила возможность прекращения дела за деятельным раскаянием и рекомендовала представить свидетельство о рождении ребенка, участвовала в ознакомлении с материалами уголовного дела и предварительно договорилась об оказании защиты в ходе судебного рассмотрения уголовного дела. От защиты О., как и от встречи с ним, не отказывалась, подзащитный сам на встречу назначенную 10.06.2016 года не явился, об изменении позиции и вступлении в уголовное дело другого адвоката ей не сообщил. Считает доводы заявителя жалобы несправедливыми и недостоверными.

К своему объяснению адвокат Ш. приложила объяснение заместителя начальника Первомайского РОСП города Ижевска П.

Из жалобы, объяснений адвоката и представленных документов следует, что в производстве заместителя начальника Первомайского РОСП города Ижевска П. находилось уголовное дело № 11/1006 по обвинению О. в совершении преступления, предусмотренного ст. 315 УК РФ.

01.06.2016 г. по просьбе П. адвокат Ш., в отсутствие поручения Единого диспетчерского центра Адвокатской палаты УР, приняла на себя защиту О. и в этот же день участвовала в допросе его в качестве подозреваемого.

02.06.2016 г., адвокат Ш. с участием подзащитного О. знакомилась с материалами уголовного дела и поддержала его ходатайство о проведении судебного заседания в особом порядке.

15.06.2016 г. в Адвокатскую палату УР поступила жалоба О. на адвоката Ш.

Судебное заседание по обвинению О. в совершении указанного преступления проведено с участием другого защитника.

В соответствии с п.4 ст.29 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» адвокатская палата создается в целях, в частности, соблюдения адвокатами кодекса профессиональной этики адвоката.

Согласно ч.2 п.7 ст.31 указанного закона президент адвокатской палаты возбуждает дисциплинарное производство в отношении адвоката или адвокатов при наличии допустимого повода и в порядке, предусмотренном кодексом профессиональной этики адвоката.

По п.2 ст.19 Кодекса профессиональной этики адвоката поступок адвоката, который порочит его честь и достоинство, умаляет авторитет адвокатуры, неисполнение или ненадлежащее исполнение адвокатом своих профессиональных обязанностей перед доверителем должны стать предметом рассмотрения соответствующих квалификационной комиссии и Совета, заседания которых проводятся в соответствии с процедурами дисциплинарного производства, предусмотренными настоящим Кодексом.

Следовательно, обстоятельства указанные в жалобе по возбужденному дисциплинарному производству являются предметом рассмотрения на заседании соответствующей квалификационной комиссии и Совета адвокатской палаты.

Пунктом 4 ст.23 Кодекса профессиональной этики адвоката разбирательство в комиссии осуществляется в пределах тех требований и по тем основаниям, которые изложены в жалобе, представлении, обращении. Изменение предмета и (или) основания жалобы, представления, обращения не допускается.

Требование заявителя жалобы сформулировано в виде просьбы – оценить действия адвоката Ш. и принять к ней меры дисциплинарного воздействия.

Из указанных оснований жалобы следует, что мотивами написания жалобы является нарушение адвокатом порядка вступления, пассивное поведение при осуществлении защиты по уголовному делу и отказ от принятой на себя защиты в суде.

Данные взаимосвязанные друг с другом действия и бездействия адвоката Ш. указаны заявителем жалобы как самостоятельные нарушения, каждое из которых в отдельности допускает, в случае их выявления, дисциплинарную ответственность адвоката. Именно по указанным основаниям квалификационная комиссия проверяет соблюдение адвокатом Ш. норм законодательства об адвокатской деятельности и Кодекса профессиональной этики адвоката.

Квалификационная комиссия отмечает, что дисциплинарное производство в отношении адвокатов является исключительно внутренним процессом региональной адвокатской палаты, которая не проводит каких-либо расследований, а ее представители не собирают доказательств и не опрашивают кого-либо, поскольку не имеют права и не наделены соответствующими полномочиями.

Сложившаяся дисциплинарная практика в Адвокатской палате Удмуртской Республике в соответствии со ст. 23 Кодекса профессиональной этики адвоката основывается на принципах состязательности. Данные принципы требуют от сторон обоснования своих позиций доказательствами, представленными в установленном порядке.

Однако в подтверждение своей жалобы О. не представил ни одного документа и/или доказательства, обосновывающего его позицию, на заседание квалификационной комиссии не явился, о причинах неявки не сообщил.

В свою очередь, адвокат Ш. представила свои объяснения по доводам жалобы, объяснения П., но на заседание комиссии также не явилась и о причинах неявки не сообщила.

Указанные обстоятельства, по мнению комиссии, свидетельствуют лишь об отказе сторон дисциплинарного производства от подтверждения всех доводов, изложенных в жалобе и объяснении, и пользования принципами состязательности в дисциплинарном производстве.

В соответствии с п.3 ст.23 Кодекса профессиональной этики адвокатов неявка кого-либо из участников дисциплинарного производства не является основанием для отложения разбирательства. В этом случае квалификационная комиссия рассматривает дело по существу по имеющимся материалам.

Действительно, п.п., п.п. 1, 4 п.1 ст.7 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» установлено, что адвокат обязан, в частности, добросовестно отстаивать права и законные интересы доверителя всеми не запрещенными законодательством Российской Федерации средствами; соблюдать кодекс профессиональной этики адвоката и исполнять решения органов адвокатской палаты субъекта Российской Федерации, Федеральной палаты адвокатов Российской Федерации, принятые в пределах их компетенции.

Согласно п.п.1 ст.8 Кодекса профессиональной этики адвоката при осуществлении профессиональной деятельности адвокат обязан, в том числе, добросовестно, квалифицированно, принципиально и своевременно исполнять свои обязанности, активно защищать права, свободы и интересы доверителей всеми не запрещенными законодательством средствами, руководствуясь Конституцией Российской Федерации, законом и настоящим Кодексом.

По п., п.6, 7 ст.15 указанного кодекса адвокат обязан выполнять решения органов адвокатской палаты и органов Федеральной палаты адвокатов, принятые в пределах их компетенции; участвовать лично в оказании юридической помощи по назначению органа предварительного следствия в порядке, определяемом адвокатской палатой субъекта Российской Федерации.

Подпунктом 9 п.1 ст.9 Кодекса профессиональной этики адвоката адвокат не вправе оказывать юридическую помощь по назначению органов предварительного следствия в нарушение порядка ее оказания, установленного решением Совета.

Порядок оказания юридической помощи по назначению органов предварительного следствия на территории Удмуртской Республики установлен Решением Совета Адвокатской палаты Удмуртской Республики от 18 декабря 2013 года (протокол № 13) (в ред. Решения Совета Адвокатской палаты Удмуртской Республики от 13 февраля 2014 года протокол № 1, от 22 апреля 2014 года протокол № 3, от 22 октября 2014 года протокол № 8, от 19 февраля 2015 года протокол № 2) об утверждении Положения «О порядке участия адвокатов в качестве защитников в уголовном судопроизводстве по назначению на территории Удмуртской Республики» (далее по тексту – Положение о порядке участия адвокатов), размещен на официальном сайте Адвокатской палаты Удмуртской Республики, опубликован в Вестнике АП УР, многократно обсуждался при проведении профессиональных учёб адвокатов Удмуртии.

По названному Положению о порядке участия адвокатов, вступление адвоката в уголовное дело в качестве защитника осуществляется путем назначения с использованием системы автоматизированного управления посредством направления правоохранительными органами и судами требований диспетчерам Единого диспетчерского центра Адвокатской палаты Удмуртской Республики оказания юридической помощи по назначению на территории Удмуртской Республики.

Факт своего участия 01.06.2016 г. в защите О. в нарушение установленного графика дежурств адвокатов адвокат Ш. не оспаривает. Объяснения в том, что она не смогла отказать дознавателю в просьбе во вступление в уголовное дело в связи со срочной необходимостью подзащитному адвоката, а также отсутствие ранее нарушений порядка участия адвокатов по назначениям, не могут быть оправданием допущенного нарушения и, квалификационной комиссией, такие оправдания не принимаются.

Кроме того, в указанном случае адвокатом Ш. были нарушены действующие с 19.05.2016 г. Рекомендации Совета Адвокатской палаты Удмуртской Республики «О порядке участия адвоката-защитника в уголовном судопроизводстве» (Протокол заседания Совета АП УР № 4 от 19 мая 2016 г.), в частности, п.п. «е» п. 1 ст. 4 – не допускающем вступление и участие адвоката в уголовном деле при нарушении защитником порядка оказания юридической помощи адвокатами, участвующими в качестве защитников в уголовном судопроизводстве по назначению органов дознания, определяемой адвокатской палатой субъекта Российской Федерации; п. 1 ст. 3 – право на вступление в уголовное дело возникает с момента вынесения постановления дознавателя о назначении его защитником при обязательном соблюдении адвокатом порядка оказания юридической помощи адвокатами, участвующими в качестве защитников в уголовном судопроизводстве по назначению, определяемого адвокатской палатой субъекта Российской Федерации.

Вместе с тем, при рассмотрении дисциплинарного производства, носящего публично-правовой характер, в Адвокатской палате Удмуртской Республики исходят последовательно из презумпции добросовестности адвоката. Обязанность опровержения добросовестности адвоката возложена на заявителя (участника дисциплинарного производства, требующего привлечения адвоката к дисциплинарной ответственности), который должен доказать те обстоятельства, на которые он ссылается как на основания своих требований.

Однако, как указывалось выше, в подтверждение своей жалобы О. не представил доказательств, подтверждающих жалобу, когда как, по утверждениям адвоката Ш. доводы заявителя жалобы являются несправедливыми и недостоверными.

Также в подтверждение своего объяснения адвокат Ш. представила объяснения П., подтверждающих нарушение порядка вступления адвоката в уголовное дело, но опровергающих иные нарушения адвоката Ш., указанные в жалобе О.

Квалификационная комиссия пришла к выводу, что кроме нарушения порядка вступления в уголовное дело О., иных нарушений адвокат Ш. не допустила.

Решением Совета АП УР 24.11.2016 г. адвокату Ш. объявлено предупреждение. Спустя год адвокат Ш. вновь была привлечена к дисциплинарной ответственности за серию выявленных нарушений Порядка оказания юридической помощи по назначению органов предварительного следствия на территории Удмуртской Республики, и Решением Совета АП УР её статус адвоката прекращен.

https://apur.ru/index.php?option=com_content&view=article&id=961:srochnaya-novost&catid=10&Itemid=20