#247

Обзор дисциплинарной практики Адвокатской палаты Ханты-Мансийского автономного округа за 2018 год (фрагмент № 14)

Регион: Ханты-Мансийский автономный округ- Югра
Итог разбирательства: замечание;
Статья ФЗ: ФЗ ст.31 п.3 подп.9;
Статья КПЭА: КПЭА ст.8 п.2; КПЭА ст.24 п.5; КПЭА ст.25 п.1 подп.1;
Тема: нарушение этических норм;
Дата: 31 дек. 2018 г.
Вид документа: Обзор дисциплинарной практики (фрагмент)

Текст документа

В своей жалобе Г. указывает, что 21 апреля 2018 г. согласно графику дежурств адвокатов, г. Нефтеюганска принял на себя защиту Ш. по ч. 4 ст. 158 УК РФ как дежурный адвокат. Ш. была дана консультация по поводу допроса, задержания, разъяснена ст. 51 Конституции РФ.
18.06.2018 позвонила следователь Нефтеюганского следственного отдела С., что поступила жалоба от адвоката П. на его действия и пригласила для дачи объяснений.
В своей жалобе П. указывает, что «поскольку участвовавший в данном следственном действии адвокат по назначению никакой предварительной беседы с обвиняемым не проводил, никаких правовых советов, консультаций, оценок не давал, т.е. был совершенно безучастным, превратившись в «свадебного генерала», а также то, что «по совету адвоката подписал протокол допроса, абсолютно не зная его содержания, тогда как в нем значилось «совершение кражи в составе организованной группы».
Вышеуказанные выводы и выражения адвоката П. являются необоснованными, не уважительными по отношению к нему и к его работе.
18 июня 2018 г. по данному факту вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, в котором мотивирована законность действий заявителя, а также на то, что Ш. 23 апреля 2018 г. в Нефтеюганском районном суде при избрании ему меры пресечения в присутствии другого адвоката подтвердил показания, ранее данные им в качестве подозреваемого, вину в предъявленном обвинении признал полностью, в связи с чем ему была избрана мера пресечения в виде домашнего ареста.
Адвокатом Г. представлена копия жалобы П. в Следственное управление УМВД России по ХМАО-Югре «Об ухабах на правовом поле или о законности «вверх ногами» от 16 мая 2018 г.
10 июля 2018 года президентом Адвокатской палаты Ханты-Мансийского автономного округа на основании ст. 31 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» было возбуждено дисциплинарное производство в отношении адвоката П. (распоряжение № 42), материалы которого были направлены на рассмотрение Квалификационной комиссии Адвокатской палаты.
Адвокат П. надлежащим образом извещен о времени и месте рассмотрения дисциплинарного производства, на заседание Совета Адвокатской палаты ХМАО не явился.
Совет Адвокатской палаты ХМАО считает возможным рассмотреть дисциплинарное производство в отсутствие адвоката П., поскольку неявка кого-либо из участников дисциплинарного производства не препятствует рассмотрению дисциплинарного производства и принятию решения (п. 5 ст. 24 Кодекса профессиональной этики адвоката).
Адвокат П. представил заявление, в котором выразил мнение об ошибочности возбуждения дисциплинарного производства в его отношении и, как минимум, преждевременности.
Так, в производстве Следственного отдела ОМВД России по Нефтеюганскому району находится уголовное дело в отношении нескольких лиц, включая и Ш., по версии следствия – за кражу лёгких фракций углеводородного сырья (газолина).
Однако все приобретатели указанной выше продукции признают себя виновными лишь по ст. 175 УК РФ.
После принятия им поручения на защиту Ш. последний сразу пояснил ему, что отказывается от содержания протокола допроса, в котором изложена информация о том, что он признает себя виновным в краже нефтепродукта, для чего «организовал» и «руководил» созданной им «устойчивой» и «сплоченной» группой, находящейся в его подчинении, так как таких показаний не давал, текст сочинил и напечатал следователь, а он лишь поставил свою подпись, не читая, к тому же он и не смог бы прочитать без очков. Кроме того, Ш. пояснил, что он является почти слепым и глухим.
Что касается адвоката Г., то Ш. в его отношении изложил в своей жалобе на имя начальника следственного органа М., что дежурный адвокат абсолютно никакой правовой помощи ему не оказал, ни консультаций, ни советов, ни бесед, ни разъяснений ему не давал, лишь молча присутствовал в качестве постороннего наблюдателя да поставил подпись в протоколе допроса.
Далее, им (адвокатом П.) представлено в органы прокуратуры мотивированное ходатайство о признании указанного выше протокола допроса Ш. недопустимым доказательством. Однако окончательную правовую оценку этому доказательству даст суд.
Квалификационная комиссия на заседании 7 ноября 2018 года пришла к заключению о необходимости прекращения дисциплинарного производства в отношении адвоката П. вследствие отсутствия в его действиях нарушения норм законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре, Кодекса профессиональной этики адвоката и неисполнении решений органов адвокатской палаты.
В соответствии со ст. 23 Кодекса профессиональной этики адвоката разбирательство по дисциплинарному производству осуществляется на основе принципов состязательности и равенства участников дисциплинарного производства.
При рассмотрении дисциплинарного производства необходимо исходить из презумпции добросовестности адвоката, обязанность опровержения которой возлагается на заявителя (участника дисциплинарного производства, требующего привлечения адвоката к дисциплинарной ответственности), который должен доказать те обстоятельства, на которые он ссылается, как на основание своих требований.
Пункт 1.4 статьи 7 Федеральный закон «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» гласит, что адвокат обязан соблюдать кодекс профессиональной этики адвоката и исполнять решения органов адвокатской палаты субъекта Российской Федерации, Федеральной палаты адвокатов Российской Федерации, принятые в пределах их компетенции.
Согласно п.1 ст. 8 Кодекса профессиональной этики адвоката при осуществлении профессиональной деятельности адвокат обязан честно, разумно, добросовестно, квалифицированно, принципиально и своевременно исполнять свои обязанности, активно защищать права, свободы и интересы доверителей всеми не запрещенными законодательством средствами, руководствуясь Конституцией Российской Федерации, законом и настоящим Кодексом.
В соответствии с п. 2 ст. 8 Кодекса профессиональной этики адвоката при осуществлении профессиональной деятельности адвокат обязан уважать права, честь и достоинство лиц, обратившихся к нему за оказанием юридической помощи, доверителей, коллег и других лиц, придерживаться манеры поведения и стиля одежды, соответствующих деловому общению.
Согласно ст. 15 Кодекса профессиональной этики адвоката адвокат строит свои отношения с другими адвокатами на основе взаимного уважения и соблюдения их профессиональных прав. Адвокат не должен употреблять выражения, умаляющие честь, достоинство или деловую репутацию другого адвоката либо авторитет адвокатуры.
Обстоятельства назначения защитником Ш. адвоката Г. и принятия последним обязательств по оказанию юридической помощи, а также подача адвокатом П. жалобы в Следственное управление УМВД России по ХМАО-Югре «Об ухабах на правовом поле или о законности «вверх ногами» от 16.05.2018 г. имели место, выводы и выражения, указываемые в жалобе адвоката Г., в указанной жалобе имеются.
Однако в своем объяснении адвокат П. указал источник своей информированности об обстоятельствах, указанных в вышеуказанной жалобе, ему об этом пояснил подзащитный Ш.
Кроме того, клевета – это распространение заведомо ложных сведений, порочащих честь и достоинство другого лица или подрывающих его репутацию (ст. 128.1 УК РФ).
А как видно из имеющихся материалов дела, адвокатом П. жалоба подана в Следственное управление УМВД России по ХМАО-Югре, что свидетельствует об отсутствии факта распространения.
Что касается выражения «свадебный генерал» необходимо отметить следующее:
«Свадебные чины» действительно существуют – так называют роли в свадебном обряде: «молодой князь» – жених, «молодая княгиня» – невеста, «большие бояре» – близкие родственники молодых и почетные гости и тому подобные.

«Свадебный генерал» - так принято называть человека – как правило, влиятельного и уважаемого – которого приглашают на некое мероприятие, дабы он украсил его своим присутствием, придал ему большее значение, но никакого реального участия в работе мероприятия эта именитая персона не принимает.

Выражение «свадебный генерал» считается, что пришло из рассказа А.П. Чехова «Свадьба с генералом», в котором, собственно, с мягкой иронией он рассказывает о подобном обычае.
Однако доказательств того, что данное выражение использовано для умаления его чести, достоинства или деловой репутации, заявителя им не предоставлено.
Однако Совет Адвокатской палаты соглашаясь с фактическими обстоятельствами, установленными Квалификационной комиссии – дача оценки действий другого адвоката в жалобе. При этом Совет не соглашается с оценкой фактическим обстоятельствам, данных Квалификационной комиссии. Исходя из текста жалобы: «поскольку участвовавший в данном следственном действии адвокат по назначению никакой предварительной беседы с обвиняемым не проводил, никаких правовых советов, консультаций, оценок не давал, т.е. был совершенно безучастным, превратившись в «свадебного генерала», а также то, что «по совету адвоката подписал протокол допроса, абсолютно не зная его содержания, тогда как в нем значилось «совершение кражи в составе организованной группы»,- усматривается нарушение ст. 15 Кодекса профессиональной этики адвоката. Данное выражение, по мнению Совета, умаляет деловую репутацию адвоката Г.
Таким образом, Совет Адвокатской палаты приходит к выводу о наличии в действиях адвоката П. нарушения норм законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре и Кодекса профессиональной этики адвоката.
На основании изложенного, руководствуясь подп. 9 п. 3 ст. 31 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», подп. 1 п. 1 ст. 25 Кодекса профессиональной этики адвоката, принятого первым Всероссийским съездом адвокатов 31 января 2003 года, Совет Адвокатской палаты ХМАО

РЕШИЛ:

Объявить замечание адвокату П. за нарушение норм законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре и Кодекса профессиональной этики адвоката, выразившееся в неисполнении ст. 15 Кодекса профессиональной этики адвоката.

http://advokat.tm-ss.ru/to-lawyers/disciplinary-practice.html