#241

Обзор дисциплинарной практики Адвокатской палаты Ханты-Мансийского автономного округа за 2018 год (фрагмент № 8)

Регион: Ханты-Мансийский автономный округ- Югра
Итог разбирательства: предупреждение;
Статья ФЗ: ФЗ ст.31 п.3 подп.9;
Статья КПЭА: КПЭА ст.8 п.1; КПЭА ст.24 п.5; КПЭА ст.25 п.1 подп.1;
Тема: незаключение соглашения на оказание юридической помощи;
Дата: 31 дек. 2018 г.
Вид документа: Обзор дисциплинарной практики (фрагмент)

Текст документа

Дисциплинарное производство по жалобе М. в отношении адвоката Ханты-Мансийской городской коллегии адвокатов № 1 П.

В своей жалобе от 14 ноября 2017 г. М. указывает, что с адвокатом П. он знаком с 2000 года. В 2003 году между П. и ним было заключено соглашение на защиту интересов по уголовному делу в порядке частного обвинения. Письменного договора с ним он не заключил, заручившись рекомендациями общего знакомого, заплатил ему * рублей. В результате П. ни разу на суд не явился, впоследствии его защищал другой адвокат.
В сентябре 2017 года он стал очевидцем одного преступления в с. Перегребное. Дело приобрело большой общественной резонанс, было взято под контроль руководителем СКР РФ Б. Когда на него как на свидетеля по уголовному делу было оказано воздействие со стороны сотрудников ОСБ УВД г. Ханты-Мансийска и ГИБДД ОМВД по Октябрьскому району, его обращение также было взято на контроль. Информация о совершенном в отношении него преступлении также была широко освещена в средствах массовой информации и телевидению.
В ходе проведения проверки он был приглашен в г. Нягань для проведения опроса следователем СК ХМАО-Югры Ф. на 28 октября 2017 года. В ходе опроса на его мобильный телефон стали поступать звонки от П., который стал ему навязчиво предлагать свои услуги по защите его интересов в результате последних событий. Заявитель напомнил П. о том, что ранее он обращался уже к нему за защитой, а в конечном итоге работа не сделана, и денежные средства в сумме
* рублей П. ему не вернул. На что П. стал говорить, что завтра утром он приедет в Нягань, чтобы никаких объяснений по факту его избиения и ДТП он не давал, чтобы уходил из кабинета следователя, что завтра он приедет с сотрудником газеты «Без цензуры» для освещения информации по факту его избиения в СМИ, на что он ему ответил, что в услугах защитника не нуждается, так как по обоим делам проходит в качестве свидетеля и потерпевшего.
Тем не менее, 29 октября 2017 около 11 часов дня П. приехал к нему в гостиницу, затем предложил подвезти в отдел СК, где его должны были допрашивать как свидетеля по ДТП, пришел с ним в кабинет следователя. Следователь Ощепков поинтересовался кто такой П., на что П. пояснил, что он адвокат, что будет защищать меня, он на вопрос Ощепкова заявитель пояснил, что не знает зачем адвокат пришел, на вопрос о наличии между нами договора он ответил отрицательно, но несмотря на это П. заполнил ордер адвоката.
В ходе его допроса П. неоднократно покидал кабинет, возвращаясь пытался шепотом передать ему какую-то информацию о передвижениях старшего следователя Ф., которым заявитель не интересовался. По окончании допроса П. расписался в протоколе допроса, сказал ему, что он может спокойно подписывать его, на что он ему ответил, что сам решит этот вопрос, прочитал протокол, подписал его, после чего они вышли из отдела. По дороге П. ему предложил заключить договор на оказание услуг на его защиту, указал размер гонорара в * рублей, на что ему ответил, что по факту по одному делу он свидетель и потерпевший по другому делу, и защитник ему не нужен. П. стал говорить, что из потерпевшего он легко может превратиться в обвиняемого по ст. 318 УК РФ. Он в категоричной форме отказался от услуг П. и напомнил ему, что 2003 году он заплатил ему за работу, а на суд П. ни разу не явился. После этого П. предложил оплатить водителю услуги такси в сумме * рублей, на что он ему ответил, чтобы П. из * рублей, которые он оплатил в 2003 году, отдал водителю за работу, а * рублей вернул ему без процентов и учета инфляции за 14 прошедших лет.
После этого Мельниченко Д.Ф. от своих знакомых в ноябре 2017 года получил ссылку на сайт газеты «Без цензуры»-онлайн, где размещены были статьи с содержанием информации, порочащей его честь и деловую репутацию (информация про «черта»), а самое главное там были изложены искаженные сведения, которые стали известны адвокату П. в результате присутствия на допросе его в СК у следователя ГСУ Ощепкова. При этом сайт «Без цензуры» указывает о том, что источником их публикаций служит адвокатская деятельность П.
Считает, что адвокатом в данной ситуации грубо нарушены требования Федерального закона «Об адвокатуре и адвокатской деятельности в Российской Федерации», а также Кодекса профессиональной этики адвокатов.
Таким образом, сообщив в газету «Без цензуры» информацию как в целом о нем, так и искаженные сведения из его допроса, П. нарушил требования федерального закона и требования профессиональной этики.
Отдельно просит обратить внимание на неэтичность поведения адвоката П. при навязывании своих услуг, последующего требования денежных средств, хотя он неоднократно пояснил, что не нуждается в его услугах, и последующая ему месть за отказ от его услуг посредством размещения оскорбительных статей в газете. На основании изложенного просит возбудить дисциплинарное производство в отношении адвоката П. и привлечь к дисциплинарной ответственности и лишить его статуса адвоката.

К жалобе приобщает два скриншота с сайта газеты «Без цензуры»-онлайн.

21 ноября 2017 года президентом Адвокатской палаты Ханты-Мансийского автономного округа на основании ст. 31 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» было возбуждено дисциплинарное производство в отношении адвоката П. (распоряжение № 88), материалы которого были направлены на рассмотрение Квалификационной комиссии Адвокатской палаты.
Адвокат П. надлежащим образом извещен о времени и месте рассмотрения дисциплинарного производства, на заседание Совета Адвокатской палаты ХМАО не явился.
Совет Адвокатской палаты ХМАО считает возможным рассмотреть дисциплинарное производство в отсутствие адвоката П., поскольку неявка кого-либо из участников дисциплинарного производства не препятствует рассмотрению дисциплинарного производства и принятию решения (п. 5 ст. 24 Кодекса профессиональной этики адвоката).
В своей объяснительной от 4 декабря 2017 г. адвокат П. указывает, что, ознакомившись с жалобой жителя с. Перегрёбное Октябрьского района ХМАО - Югры М., находит её необоснованной и клеветнической, с учётом ряда реальных и состоятельных доводов, заслуживающих уважения и удовлетворения.
Так, действительно, где-то в середине октября 2017 года на электронную почту автора данного объяснения поступила информация, в которой кратко излагались обстоятельства произошедшего несколько ранее по вине сотрудника Отдела ГИ БДД ОМВД России по Октябрьскому району дорожно-транспортного происшествия, в ходе которого был травмирован пятнадцатилетний подросток, и то, что со стороны руководства данного органа внутренних дел предпринимаются незаконные меры, направленные на укрытие этого преступления.
В этом же кратком мессенджере указывалось, что в целях «уничтожения» важной улики, а именно произведённой свидетелем-очевидцем М. видеозаписи ДТП на его мобильный телефон, на данное лицо произвели «нападение» два офицера службы собственной безопасности Управления МВД России по ХМАО - Югре, которые и данный носитель электронной информации «отобрали», и автора жалобы «избили», а потому, дескать, последнего ждёт перспектива быть обвиняемым по ст. 318 УК РФ.
Поскольку сложившаяся ситуация представлялась ему серьёзной, М. (правда, давно) был его доверителем, когда на него необоснованно возбуждались уголовные дела и незаконно производилось увольнение из ОМВД Росси по Октябрьскому району (он был оперуполномоченным в звании майора полиции), постольку решил ему позвонить.
В ходе телефонного разговора М. сообщил ему о том, что его допрос следователь отложил из-за неявки адвоката П. на следующий день, т.е. на 28 октября 2017 г.
В ходе состоявшегося разговора автору жалобы была дана консультация о том, что, если автору данного объяснения придётся участвовать в предварительном следствии, то в этом случае придётся заключить договор на оказание правовой помощи, расходы на которую составят примерно * руб., а также дополнительно компенсировать оплату арендованных транспортных средств, т.е. легковых автомобилей.
Далее, прибыв утром 28 октября 2017 г. в г. Нягань, он в гостинице ещё раз подробно проконсультировал заявителя, после чего они прибыли к следователю на допрос, в начале которого М. предоставил заявление об участии в этом следственном действии адвоката П.
По окончании данного следственного действия заявитель получил ещё одну дополнительную правовую консультацию о том, что действия двоих офицеров ОСБ УМВД по ХМАО - Югре, избивших М. и изъявших у него мобильный телефон, следует оценить как квалифицированное превышение служебных должностных полномочий (у них отсутствовало письменное поручение следователя Б. о проведении личного обыска), т.е. по ч. 3 ст. 286 УК РФ, а потому его должны признать потерпевшим, в порядке ст. 42 УПК РФ.
Далее, М. объявил ему о том, что он сумеет справиться самостоятельно, без помощи адвоката, а потому договор заключать не будет, и оплачивать понесённые транспортные расходы в виде аренды легкового автомобиля отказывается.
Считает, что в описанных выше действиях адвоката, связанных с оказанием по обращению гражданина бесплатной юридической помощи, никакого нарушения не усматривается.
Что же касается утверждений автора жалобы о якобы «даче» адвокатом «интервью» газете «Мой город - без цензуры», то это является чистым его вымыслом, т.к. к данному СМИ никакого отношения не имеет, никаких «интервью» не было, никакой «передачи» информации о содержании следственного действия (допроса свидетеля М.) не производилось, никакого «участия» в публикации в ноябре с.г. статьи «Чертовщина какая-то» не принимал, никаких «сотрудников» газеты «Мой город - без цензуры» в г. Нягань не приглашал.
Полагает, что обстоятельства указанного выше ДТП приобрели широкую общественную огласку, привлекли пристальное внимание федеральных информационных каналов, «Ура.ру» и других региональных СМИ, в публикациях которых подробно излагались даже подробнейшие детали мучительной смерти подростка, заживо сгоревшего на месте происшествия, чем, очевидно, и воспользовались журналисты газеты «Мой город - без цензуры».
Квалификационная комиссия на заседании 7 февраля 2018 года пришла к заключению о наличии в действиях адвоката П. нарушения норм законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре и Кодекса профессиональной этики адвоката.
Совет Адвокатской палаты ХМАО, изучив материалы дисциплинарного производства, обсудив заключение Квалификационной комиссии, согласился с фактическими обстоятельствами, установленными Квалификационной комиссией.
При рассмотрении дисциплинарного производства установлено следующее.
В соответствии со ст. 23 Кодекса профессиональной этики адвоката разбирательство по дисциплинарному производству осуществляется на основе принципов состязательности и равенства участников дисциплинарного производства.
При рассмотрении дисциплинарного производства необходимо исходить из презумпции добросовестности адвоката, обязанность опровержения которой возлагается на заявителя (участника дисциплинарного производства, требующего привлечения адвоката к дисциплинарной ответственности), который должен доказать те обстоятельства, на которые он ссылается, как на основание своих требований.
Обстоятельства оказания адвокатом П. М. юридической помощи по уголовному делу, в том числе предоставление следователю СК Ощепкову соответствующего адвокатского ордера, без заключения соглашения с М. имели место, адвокатом П. и заявителем не отрицаются.
Каких-либо доказательств сообщения адвокатом П. газете «Без цензуры» информации, как в целом о М., так и искаженные сведения из его допроса, в комиссию заявителем не представлены.
Согласно п. 1 ст. 8 Кодекса профессиональной этики адвоката, при осуществлении профессиональной деятельности адвокат обязан честно, разумно, добросовестно, квалифицированно, принципиально и своевременно исполнять свои обязанности, активно защищать права, свободы и интересы доверителей всеми не запрещенными законодательством средствами, руководствуясь Конституцией Российской Федерации, законом и настоящим Кодексом.
Согласно п.1 ст. 25 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» адвокатская деятельность осуществляется на основе соглашения между адвокатом и доверителем.
Таким образом, в ходе проверки выявлено, что адвокат П. действовал с нарушением требований п. 1 ст.25 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», а именно, адвокат П. оказывал М. юридической помощи по уголовному делу без заключения с ним соглашения.
При таких обстоятельствах, Совет Адвокатской палаты, как и Квалификационная комиссия, приходит к выводу о наличии в действиях адвоката П. нарушения норм законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре и Кодекса профессиональной этики адвоката.
На основании изложенного, руководствуясь подп. 9 п. 3 ст. 31 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», подп. 1 п. 1 ст. 25 Кодекса профессиональной этики адвоката, принятого первым Всероссийским съездом адвокатов 31 января 2003 года, Совет Адвокатской палаты ХМАО

РЕШИЛ:

Объявить предупреждение адвокату П. за нарушение норм законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре и Кодекса профессиональной этики адвоката, выразившееся неисполнении п. 1 ст.25 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации».

http://advokat.tm-ss.ru/to-lawyers/disciplinary-practice.html