#221

Обзор дисциплинарной практики Адвокатской палаты Ханты-Мансийского автономного округа за 2017 год (фрагмент № 6)

Регион: Ханты-Мансийский автономный округ- Югра
Итог разбирательства: предупреждение;
Статья ФЗ: ФЗ ст.31 п.3 подп.9;
Статья КПЭА: КПЭА ст.8 п.1; КПЭА ст.9 п.1 подп.1; КПЭА ст.9 п.1 подп.2; КПЭА ст.12; КПЭА ст.25 п.1 подп.1;
Тема: защита по назначению; адвокат дал объяснения;
Дата: 31 дек. 2017 г.
Вид документа: Обзор дисциплинарной практики (фрагмент)

Текст документа

Дисциплинарное производство по жалобе Д в отношении адвоката Филиала № Коллегии адвокатов ХМАО г. Сургута Ду.

Из содержания жалобы Д. следует, что 11 декабря 2016 года старший следователь СО по г.Сургуту СУ СК РФ по ХМАО-Югре В. обратился с ходатайством в Сургутский городской суд о продлении срока содержания под стражей в отношении Х.
Защищающие интересы Х. на основании соглашения адвокаты Б. (г. Нефтеюганск) и Ж. (г. Сургут) не были надлежаще уведомлены о времени и месте рассмотрения ходатайства следователя. Адвокат Ж. был извещен судом о судебном заседании по телефону за 15 минут до начала заседания. На указанное заседание Ж. не явился, поскольку был занят в судебном заседании за пределами г. Сургута.
В качестве защитника по назначению суда был привлечен адвокат Ду. Х в судебном заседании заявил об отказе от адвоката Ду. по вышеуказанным обстоятельствам. Однако, вопреки законным интересам Х адвокат Ду. принял на себя защиту по назначению суда, чем, по мнению Х., нарушил ст.9 Кодекса профессиональной этики адвоката.
Х. просит возбудить в отношении адвоката Ду. дисциплинарное производство и применить к нему меры дисциплинарной ответственности. Приложений к жалобе нет.
20 декабря 2016 года президентом Адвокатской палаты Ханты-Мансийского автономного округа на основании ст. 31 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» было возбуждено дисциплинарное производство в отношении адвоката Ду. (распоряжение № 107), материалы которого были направлены на рассмотрение Квалификационной комиссии Адвокатской палаты.
Адвокат Ду. надлежащим образом извещен о времени и месте рассмотрения дисциплинарного производства, на заседание Совета Адвокатской палаты ХМАО не явился.
Совет Адвокатской палаты ХМАО считает возможным рассмотреть дисциплинарное производство в отсутствие адвоката Ду., поскольку неявка кого-либо из участников дисциплинарного производства не препятствует рассмотрению дисциплинарного производства и принятию решения (п. 5 ст. 24 Кодекса профессиональной этики адвоката).
Согласно объяснению адвоката Ду., 11 декабря 2016 года, в вечернее время, около 17-18 часов ему на сотовый телефон позвонил куратор адвокатских образований по г. Сургуту и Сургутскому району и дал устное указание, что адвокату Ду., как дежурному адвокату, в соответствии с утвержденным графиком дежурств адвокатов по г. Сургуту и Сургутскому району необходимо прибыть в Сургутский городской суд, для участия в рассмотрении ходатайства о продлении срока содержания под стражей.
Прибыв в Сургутский городской суд, он установил, что ходатайство о продлении срока содержания под стражей подано в отношении Х., и указанное ходатайство должен рассматривать судья Сургутского городского суда Г.
Перед началом судебного заседания, в ходе разговора с Х., он выяснил, что у Х., имеются защитники по соглашению - Б. и Ж., которые отсутствовали в здании суда и они, якобы, не извещены о дате, времени и месте рассмотрения ходатайства следователя. Указанную информацию он получил от Х. в устной форме.
В дальнейшем, в судебном заседании обвиняемый Х., заявил ему, как защитнику отвод. Он поддержал заявленное ходатайство, поскольку у Х. имеются защитники по соглашению. Кроме этого, им также был заявил самоотвод.
Судья Г., объявил перерыв в судебном заседании, удалился из зала судебного заседания в совещательную комнату, через некоторое время судья Г., объявил решение по заявленному им ходатайству о самоотводе и огласил постановление об отказе в удовлетворении данного ходатайства. Он продолжил участвовать в судебном заседании.
Квалификационная комиссия на заседании 8 февраля 2017 года пришла к заключению о наличии в действиях (бездействии) адвоката Ду. нарушений норм законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре и Кодекса профессиональной этики адвоката, выразившихся в неисполнении Правил осуществления защиты по уголовным делам по назначению органов дознания, предварительного следствия и суда на территории Ханты-Мансийского автономного округа – Югры.
Совет Адвокатской палаты ХМАО, изучив материалы дисциплинарного производства, обсудив заключение Квалификационной комиссии, согласился с фактическими обстоятельствами, установленными Квалификационной комиссией.
При рассмотрении дисциплинарного производства установлено следующее.
Согласно ст. 12 Кодекса профессиональной этики адвоката, участвуя в судопроизводстве, адвокат должен соблюдать нормы соответствующего процессуального законодательства, проявлять уважение к суду и лицам, участвующим в деле, следить за соблюдением закона в отношении доверителя и в случае нарушений прав последнего ходатайствовать об их устранении.
Данное положение адвокатом Ду. нарушено. Так, Советом исследовано дополнительное объяснение адвоката Ду., в котором адвокат Ду. пояснил, что, ознакомившись 20 января 2016 года с материалами, предоставленными в Сургутский городской суд для рассмотрения ходатайства о продлении срока содержания под стражей обвиняемого Х., а также после ознакомления с протоколом судебного заседания, он установил следующее. 6 декабря 2016 года на имя адвокатов Б. и Ж. следователем по особо важным делам старшим лейтенантом юстиции В. было направлено уведомление о необходимости явки в Сургутский городской суд 11 декабря 2016 года к 16 часам 00 минут для участия в судебные заседания при рассмотрении ходатайства о продлении срока содержания под стражей обвиняемого Х., по уголовному делу №2016/27737/32 (исх.№202-04737-2016 от 6 декабря 2016 года) (л.д.81).
Кроме этого, 11 декабря 2016 года на имя адвоката Ж., была направлена телефонограмма о необходимости явки 11 декабря 2016 года к 16 час. 30 мин. в Сургутский городской суд для участия в судебном заседании при рассмотрении ходатайства о продлении срока содержания под стражей обвиняемого Х.
Адвокат Ж., пояснил, что явиться в судебное заседание не может в связи с тем, что находиться за пределами города Сургута. Но подтверждающих документов, что 11 декабря 2016 года он находился за пределами города Сургута, адвокат Ж. до настоящего времени не представил. Следовательно, по мнению адвоката Ду., адвокат Ж. не подтвердил факт уважительности причины неявки в судебное заседание.
Таким образом, адвокат Ду. полагает, что замена защитника в данном конкретном случае является законной, соответствует требованием ч. 3 ст. 50 УПК РФ. Адвокатам Ж и Б. было направлено извещение о необходимости участия в процессуальных действиях по уголовному делу в отношении Х. за 5 суток до рассмотрения ходатайства о продлении обвиняемому Х. срока содержания под стражей, что соответствует п. 3.1 и п. 4 Правил осуществления защиты по уголовным делам по назначению органов дознания, предварительного следствия и суда на территории Ханты-Мансийского автономного округа – Югры, утверждённых решением Совета Адвокатской палаты Ханты-Мансийского автономного округа от 22 ноября 2012 года № 11.
Вместе с тем, Совет Адвокатской палаты приходит к выводу, что адвокату Ду. было достоверно известно о том, что у Х. имеется два адвоката, с которыми заключено соглашение. И первоначально, заявив ходатайство о самоотводе, которое было поддержано Х., адвокат Ду. поступил в соответствии с требованиями Кодекса профессиональной этики адвоката. Однако, после вынесения судом постановления об отказе в удовлетворении ходатайства о самоотводе, адвокат Ду. вступил в дело, не убедившись о надлежащем уведомлении адвокатов по соглашению, то есть нарушил п. 4 Правил осуществления защиты по уголовным делам по назначению органов дознания, предварительного следствия и суда на территории Ханты-Мансийского автономного округа – Югры, утвержденных решением Совета Адвокатской палаты Ханты-Мансийского автономного округа от 22 ноября 2012 года № 11. Также он нарушил п. 4.1. Правил, в соответствии с которым в случае нарушения порядка назначения защитника органами дознания, предварительного следствия и суда адвокат должен заявить письменное ходатайство о таком нарушении и невозможности участия его в деле, приобщить его к материалам дела и покинуть место следственного действия либо зал судебного заседания. Обо всех таких нарушениях адвокат должен письменно уведомить куратора.
Как следует из протокола судебного заседания, адвокатом Ду. материалы, приложенные к ходатайству следователя о продлении срока содержания под стражей, не изучались. Согласно объяснению Ду., материалы, приложенные к ходатайству следователя о продлении срока содержания под стражей, были им изучены лишь 20 января 2017 года.
Участие в судебном заседании со стороны адвоката Ду. было формальным, и защита интересов Х. не осуществлялась. Более того, при несогласии Х. с заменого адвоката, а также с ходатайством следователя, адвокат Ду. оставил рассмотрение вопроса о продлении срока содержания под стражей на усмотрение суда, то есть от защиты интересов Х. устранился.
После удовлетворения судом ходатайства о продлении срока содержания под стражей, адвокат Ду. постановление суда не обжаловал, в то время как Х. сделал это.
Уведомление адвоката Ж. о судебном заседании по рассмотрению ходатайства следователя о продлении срока содержания под стражей Х. не производилось по следующим основаниям.
Во-первых, в протоколе судебного заседания отсутствует указание суда на наличие уведомления адвоката Ж. следователем В. в материалах, приложенных к ходатайству следователя о продлении срока содержания под стражей.
Во-вторых, в апелляционном постановлении от 29 декабря .2016 года суд ХМАО-Югры ссылается лишь на уведомление адвоката Ж., направленное ему судом телефонограммой 11 декабря 2016 года, которое расположено на листе дела 85. И это единственное уведомление, направленное судом адвокату по соглашению Ж.
В-третьих, представленное к объяснению уведомление адвокатов Ж. и Б., которое, якобы было отправлено следователем в адреса адвокатов 6 декабря 2016 года, не подтверждает факт заблаговременного уведомления адвокатов о времени и месте рассмотрения ходатайства следователя.
На представленной копии уведомления, заверенной следователем, отсутствуют подписи адвокатов о получении данного уведомления.
При условии отправления уведомления по почте 6 декабря 2016 года, оно поступило бы адресатам лишь день-два спустя, то есть 7 или 8 декабря 2016 года, то есть менее, чем за пять дней, определенных законодателем.
Кроме того, в уведомлении отсутствует адрес адвоката Жилина В.А. Таким образом, путем почтового сообщения данное уведомление в адрес Жилина В.А. поступить не могло ни 6 декабря 2016 года, ни в последующие дни.
Из журнала входящей корреспонденции в Сургутской межрегиональной коллегии адвокатов, адвокатом которой является Ж., следует, что в период времени с 6 декабря 2016 года по 28 декабря 2016 года уведомление от следователя В. о времени и месте рассмотрения ходатайства о продлении срока содержания под стражей Х. не поступало.
Адвокат Ду. принял на себя защиту по уголовному делу в отношении Х. на стадии предварительного следствия. При этом у Х. было заключено соглашение с адвокатами Б., проживающей в г. Нефтеюганске и Ж., проживающим в г. Сургуте.
О том, что 11 декабря 2016 года в Сургутском городском суде состоится судебное заседание по рассмотрению ходатайства следователя В. о продлении срока содержания под стражей Х., адвокату Ж. стало известно в день рассмотрения ходатайства, за 15 минут до начала судебного заседания.
Естественная реакция Х. в виде недоверия к адвокату по назначению, в то время, когда у него имеются два адвоката по соглашению, не была поддержана адвокатом по назначению Ду., ни во время судебного заседания, ни после него, когда по результатам рассмотрения ходатайства следователя судом было вынесено постановление о продлении срока содержания под стражей. Данное постановление в апелляционном порядке обжаловано лишь самим Х., но не адвокатом Ду., защищавшего его интересы по назначению.
Ду., приняв на себя защиту интересов Х. на предварительном следствии, должен был обжаловать и постановление Сургутского городского суда от 11 декабря 2016 года о продлении срока содержания под стражей. Поскольку он таких действий не предпринял, то своим участием в процессе, достоверно зная о наличии у Х. адвокатов, с которыми у последнего заключено соглашение, выступил вопреки интересам доверителя, то есть в интересах предварительного следствия и суда. Закон не предусматривает разницы между действиями защитника по соглашению и защитника по назначению.
Таким образом, адвокат Ду. вступил в уголовное дело исключительно по своему желанию, по желанию следователя В., по желанию суда, вопреки воле Х., чем допустил двойную защиту.
В действиях адвоката Ду. имеются нарушения подп. 1, 4 ст. 8 и подп. 1, 2 ч. 1 ст. 9 Кодекса профессиональной этики адвоката, поскольку при осуществлении профессиональной деятельности адвокат обязан: честно, разумно, добросовестно, квалифицированно, принципиально и своевременно исполнять свои обязанности, активно защищать права, свободы и интересы доверителей всеми не запрещенными законодательством средствами, руководствуясь Конституцией Российской Федерации, законом и Кодексом профессиональной этики адвоката. Кроме того, адвокат не вправе действовать вопреки законным интересам доверителя, оказывать юридическую помощь по назначению органов дознания, органов предварительного следствия или суда в нарушение порядка ее оказания, установленного решением Совета.
Согласно п. 8 ст. 10 Кодекса профессиональной этики адвоката, обязанности адвоката, установленные действующим законодательством, при оказании им юридической помощи бесплатно в случаях, предусмотренных законодательством, или по назначению органа дознания, органа предварительного следствия или суда не отличаются от обязанностей при оказании юридической помощи за гонорар.
Согласно ст. 12 Кодекса профессиональной этики адвоката, участвуя в судопроизводстве, адвокат должен соблюдать нормы соответствующего процессуального законодательства, проявлять уважение к суду и лицам, участвующим в деле, следить за соблюдением закона в отношении доверителя и в случае нарушений прав последнего ходатайствовать об их устранении.
На основании изложенного, руководствуясь подп. 9 п. 3 ст. 31 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», подп. 1 п. 1 ст. 25 Кодекса профессиональной этики адвоката, принятого первым Всероссийским съездом адвокатов 31 января 2003 года, Совет Адвокатской палаты ХМАО

РЕШИЛ:

Объявить предупреждение адвокату Ду. за нарушение норм законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре и Кодекса профессиональной этики адвоката, выразившееся в неисполнении Правил осуществления защиты по уголовным делам по назначению органов дознания, предварительного следствия и суда на территории Ханты-Мансийского автономного округа – Югры.

http://advokat.tm-ss.ru/to-lawyers/disciplinary-practice.html