#17

Заключение квалификационной комиссии Адвокатской палаты Красноярского края от 12.04.2018 (2)

Регион: Красноярский край
Итог разбирательства: замечание;
Статья ФЗ: ФЗ ст.21 п.5; ФЗ ст.22 п.15; ФЗ ст.23 п.2; ФЗ ст.25 п.6;
Статья КПЭА: КПЭА ст.4 п.1; КПЭА ст.5; КПЭА ст.18 п.1; КПЭА ст. 21 п.3 подп.1; КПЭА ст.23 п.5 подп.3; КПЭА ст.23 п.9 подп.1;
Тема: соглашение адвоката с доверителем; недобросовестность при исполнении поручения; введение в заблуждение; незаключение соглашения на оказание юридической помощи;
Дата: 12 апр. 2018 г.
Вид документа: Заключение квалификационной комиссии АП

Текст документа

З А К Л Ю Ч Е Н И Е


Квалификационной комиссии Адвокатской палаты Красноярского края


г. Красноярск 12 апреля 2018 года

(извлечения)


с участием адвоката А.,


У С Т А Н О В И Л А:


В Адвокатскую палату Красноярского края поступило обращение В., в котором указано, что 13 октября 2017 года она обратилась к адвокату А. за оказанием юридической помощи по гражданскому делу.

17 октября 2017 года В. оформила доверенность на имя адвоката А. и оплатила 20000 рублей за услуги судебного представительства.

Каких-либо соглашений в письменном виде с адвокатом не заключалось, квитанция о внесении денежной суммы не выдавалась.

Адвокат А. неоднократно давал обещания положительного результата по делу, но решение было вынесено не в пользу истца.

Гр. В. считает, что адвокат А. пренебрежительно относился к своим обязанностям, после вынесения решения по делу вернул только доверенность, а материалы по делу передать отказался. Заявитель предполагает, что адвокат А. не вел адвокатское производство, тогда как законодательство об адвокатской деятельности и адвокатуре предписывает каждому адвокату вести досье по делу.

Гр. В. считает, что материалы гражданского дела адвокатом не изучались и его недобросовестное отношение к своим обязанностям привело к отказу в удовлетворении исковых требований, поэтому просит привлечь адвоката А. к дисциплинарной ответственности.

К сообщению приложены следующие документы:

  1. Доверенность на имя адвоката А.
  1. Решение Н-ского городского суда от 18.01.2018 года.


В соответствии с. п. 3 ч.5 ст. 23 Кодекса профессиональной этики адвоката, участники дисциплинарного производства с момента его возбуждения имеют право давать по существу разбирательства устные и письменные объяснения, представлять доказательства.


Адвокат А. представил письменные объяснения на поступившее обращение, из которых следует, что в конце октября 2017 года к нему за юридической помощью обратилась гр. В. с просьбой помочь ее дочери Х. получить наследство, оставшееся после смерти отца. При этом В. сообщила, что в день рассмотрения дела в суде, она с дочерью будут находиться в отпуске за границей, поэтому к судебному процессу следует подготовиться до их отъезда.

Он, адвокат А., предложил оформить доверенность на его имя от имени В. и попросил оплатить 20000 рублей с учетом того, что ему придется ездить из г. Красноярска в г. Н. для участия по делу. Соглашение предполагалось оформить позже, непосредственно с В.

При этом адвокат А. утверждает, что ни разу не говорил доверителю о том, что вопрос будет решен положительно, и разъяснял, что оценку обстоятельствам дела дает суд.

16.11.2017 года ему, адвокату А. была передана денежная сумма в размере 20000 рублей, но поскольку при себе кассовых ордеров не было, документ о внесении денежных средств не был оформлен.

Приступив к работе он, адвокат А., понял, что необходимо откорректировать заявленные исковые требования, а в ходе судебного заседания 23.10.2017 года, заявил ходатайство о привлечении к рассмотрению дела нотариуса в качестве третьего лица.

В судебном заседании 22.11.2017 года он, адвокат А., приобщил к материалам дела документы, уточнил исковые требования и заявил ходатайство об истребовании дополнительных сведений по делу.

18.01.2018 года по окончании судебного слушания, было вынесено решение по делу и отказано в удовлетворении исковых требований. Заверенную копию решения он, адвокат А. передал гр. В.

В целях подготовки к составлению апелляционной жалобы был получен протокол судебного заседания, состоялись неоднократные беседы с гр. В., из которых следовало, что она не довольна необъективностью суда, при этом никаких претензий к нему, адвокату А., не высказывалось.

В начале февраля 2018 года в очередном телефонном разговоре гр. В. сообщила, что отказывается от его, адвоката А. услуг, просит вернуть доверенность, документы и денежные средства.

09.02.2018 года он, адвокат А. передал гр. В. доверенность, документы гражданского дела и денежные средства в размере 20000 рублей.

Адвокат А. считает, что доводы обращения гр. В. в части недобросовестного отношения к своим обязанностям, являются необоснованными и несоответствующими действительности, а довод об отсутствии заключенного соглашения и не выдачи квитанции, подтверждающей внесение денежных средств на расчетный счет адвокатского образования, подтвержденным.


К объяснениям адвоката А. приложена копия адвокатского досье на 31 листе.


При рассмотрении дисциплинарного производства адвокат А. доводы, изложенные в своих письменных объяснениях подтвердил в полном объеме, дополнительно пояснив, что признает факт не заключения соглашения с гр. В. и не выдачи платежных документов на сумму 20000 рублей. Причиной этому явилась занятость. В настоящее время все денежные средства гр. В. возвращены.


Гр. В. на заседание квалификационной комиссии не явилась, хотя была должным образом уведомлена о времени и дате рассмотрения дисциплинарного производства.


Обстоятельств, исключающих возможность рассмотрение дисциплинарного производства, предусмотренных п. 3 ст. 21 Кодекса профессиональной этики не установлено, неявка кого-либо из участников не является основанием для отложения разбирательства.


В соответствии с ч. 2 ст.23 Кодекса профессиональной этики адвоката квалификационная комиссия должна дать заключение по возбужденному дисциплинарному производству в том заседании, в котором состоялось разбирательство по существу, на основании непосредственно исследования доказательств, представленных участниками производства до начала разбирательства, а также их устных объяснений.


Рассмотрев материалы дисциплинарного производства, квалификационная комиссия пришла к следующим выводам:


Кодекс профессиональной этики адвоката устанавливает обязательные для каждого адвоката правила его поведения при осуществлении адвокатской деятельности на основе нравственных критериев и традиций адвокатуры (ст.1 Кодекса профессиональной этики адвоката).


Адвокат при осуществлении своей профессиональной деятельности обязан честно, разумно и добросовестно отстаивать права и законные интересы доверителей всеми не запрещенными законодательством Российской Федерации средствами. (ч.1 ст.8 Кодекса профессиональной этики адвоката).


Адвокат при всех обстоятельствах должен сохранять честь и достоинство, присущее его профессии; профессиональная независимость адвоката является необходимым условием доверия к нему; адвокат должен избегать действий, направленных к подрыву доверия (п.1 ст.4, п.1, 2 ст.5 Кодекса профессиональной этики адвоката).


Квалификационная комиссия считает, что претензии гр. В. к адвокату А. в части недобросовестного отношения к своим обязанностям, являются необоснованными, не конкретными и ничем не подтвержденными.


В частности, в своем обращении гр. В. ограничилась общими фразами, отражающими ее субъективное предположение по поводу качества оказанных юридических услуг, а именно:

  • адвокат А. пренебрежительно относился к своим обязанностям,
  • после вынесения решения по делу вернул только доверенность, а материалы по делу передать отказался.
  • адвокат А. не вел адвокатское производство, тогда как законодательство об адвокатской деятельности и адвокатуре предписывает каждому адвокату вести досье по делу.
  • материалы гражданского дела адвокатом не изучались и его недобросовестное отношение к своим обязанностям привело к отказу в удовлетворении исковых требований.


Согласно п.3 ст. 20 Кодекса профессиональной этики адвоката,лицо, требующее привлечения адвоката к дисциплинарной ответственности, должно указать на конкретные действия (бездействие) адвоката, в которых выразилось нарушение им требований законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре и (или) настоящего Кодекса.


Квалификационная комиссия установила, что адвокат А. участвовал в трех судебных заседаниях Н-ского городского суда, заявлял ходатайства, что подтверждается приложенным к объяснениям адвоката делопроизводством – адвокатским досье.

Адвокатское досье адвоката А., приобщенное к материалам дисциплинарного производства, содержит копии документов, имеющихся в материалах гражданского дела, в частности, копию наследственного дела, копию протокола судебного заседания, копию решения суда и т.д., поэтому никаких претензий со стороны квалификационной комиссии к адвокату А. не имеется.


Утверждение гр. В. о том, что недобросовестное отношение адвоката к своим обязанностям привело к отказу в удовлетворении исковых требований, является предположением, и не свидетельствует о том, что адвокатом А. допущены какие-либо нарушения при представлении интересов В., т.к. окончательный вывод по делу может сделать только суд, который не связан с мнением представителя.


Адвокат А. возвратил гр. В. подлинник доверенности, все денежные средства в размере 20000 рублей и документы, в частности, заверенную копию решения суда что следует из его объяснений. Не доверять пояснениям адвоката нет оснований. Заявительница В. не обозначила наименование документов, которые, по ее мнению, должен был передать адвокат А. Если речь идет об адвокатском досье, то оно является собственностью адвоката и передаче не подлежит.


В соответствии с п. ст.10 Кодекса профессиональной этики адвокатапри отмене поручения адвокат должен незамедлительно возвратить доверителю все полученные от последнего подлинные документы по делу и доверенность.


Квалификационная комиссия считает, что свои обязанности в этой части, адвокат А. полностью исполнил.


Относительно незаключенного соглашения об оказании юридической помощи по гражданскому делу и не выдачи платежных документов на сумму 20000 рублей, квалификационная комиссия пришла к выводу о наличии в действиях адвоката А. дисциплинарного проступка.


В соответствии со ст. 25 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ» адвокатская деятельность осуществляется на основе соглашения между адвокатом и доверителем, которое представляет собой гражданско-правовой договор, заключаемый в простой письменной форме между доверителем и адвокатом.


Требования о форме и содержанию соглашения об оказании юридической помощи должны соблюдаться уже в силу того, что они нормативно закреплены, а, следовательно, являются обязательными. Кроме того, заключение соглашения в письменной форме и четкое указание в нем существенных условий, в том числе о том, что вознаграждение, выплачиваемое адвокату доверителем и компенсация адвокату расходов, связанных с исполнением поручения, подлежат обязательному внесению в кассу адвокатского образования в порядке и сроки, предусмотренные соглашением (ч.6 ст. 25 ФЗ), позволяет сделать вывод о том, на сколько профессионально и добросовестно были урегулированы взаимоотношения между адвокатом и доверителем.


В соответствии с положениями п. 5 ст. 21, п. 15 ст. 22 и п. 2 ст. 23 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ» соглашение об оказании юридической помощи регистрируется в документации адвокатского образования и ему присваивается регистрационный номер.


Из объяснений адвоката А. следует, что он признает за собой ответственность за не заключение соглашения с доверителем и не выдачу платежного документа на сумму 20000 рублей, о чем сожалеет, ссылаясь при этом на занятость. Причину нарушения установленных правил адвокатской деятельности, квалификационная комиссия не считает уважительной.


Нарушение адвокатом требований законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре и Кодекса профессиональной этики адвоката, совершенное умышленно или по грубой неосторожности, влечет применение мер дисциплинарной ответственности, предусмотренных ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокату» и Кодексом профессиональной этики адвоката (п.1 ст.18 Кодекса профессиональной этики адвоката).


На основании изложенного, и руководствуясь ст. 33 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ», п.1 ч.9 ст.23 Кодекса профессиональной этики адвоката Квалификационная комиссия Адвокатской палаты Красноярского края,


Р Е Ш И Л А:


Признать наличие в действиях адвоката А. нарушение норм законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре

Передать дисциплинарное дело в Совет Адвокатской палаты Красноярского края для принятия решения о мерах дисциплинарного воздействия.


Председатель квалификационной комиссии И. И. Кривоколеско


Совет Адвокатской палаты Красноярского края согласился с выводами квалификационной комиссии и назначил адвокату меру дисциплинарной ответственности -замечание.

http://www.krasadvpalata.ru/documents/dcos/zaklucheniya_kvalifikacionnoi_komissii/158.html