#142

Обзор дисциплинарной практики Адвокатской палаты Республики Дагестан за 2 полугодие 2018 года (фрагмент № 2)

Регион: Республика Дагестан
Итог разбирательства: прекращение статуса адвоката;
Статья ФЗ: ФЗ ст.8 п.1;
Статья КПЭА: КПЭА ст.5; КПЭА ст.6;
Тема: недобросовестность при исполнении поручения; адвокат дал объяснения;
Дата: 31 дек. 2018 г.
Вид документа: Обзор дисциплинарной практики (фрагмент)

Текст документа

11.12.2017 в Адвокатскую палату Республики Дагестан поступила жалоба И. на действия адвоката Б. о ненадлежащем исполнении своих профессиональных обязанностей.

В частности, из жалобы И. следует, что «на предварительном следствии, вместе со следователем СО №3 СУ УМВД РД ко мне явился адвокат Б., который, по его словам, был нанят моими родственниками, я поверил ему и не стал возражать, чтобы он участвовал в качестве моего защитника, хотя у меня имелся защитник – адвокат М. ордер №17/1 с которым моя супруга заключала соглашение от 13.05.2017 года. В ходе следующего посещения 08.08.2017, Б. уговорил меня согласится с обвинением по ч. 1 ст. 228 УК РФ и признать свою вину, что надо это подписать. После этого 18.09.2017 он пришел ко мне со следователем для ознакомления с материалами уголовного дела. Во время ознакомления он обещал мне принести копии материалов уголовного дела в ближайшее время, однако этого он не сделал и ко мне не заходил. Вскоре ко мне пришел мой адвокат М. от которого мне стало известно, что следователь отправил уголовное дело прокурору для утверждения обвинительного заключения по ч. 3 ст. 30; п. г ч. 4 ст. 228.1; п. б ч. 3 ст. 228.1; ч. 1 ст. 228 УК РФ, не ознакомив моего адвоката М. Кроме того мне стало известно, что Б. работал следователем этого же отдела, то есть являлся коллегой следователя С. и в сговоре с ним, ввел меня в заблуждение и склонил меня к признанию обвинения по ч. 1 ст. 228 УК РФ. В связи с этим мною 23.10.2017 из СИЗО-1 г. Махачкалы на имя следователя С. было направлено заявление об отказе адвоката Б. в письменном виде на это заявление мною в СИЗО-1 г. Махачкалы было получено уведомление о полном удовлетворении моего ходатайства от адвоката Б. После того как прокурор вернул уголовное дело следователю без утверждения обвинительного заключения на дополнительное расследование для устранения недостатков. Адвокат Б. пришел ко мне со следователем в СИЗО-1 для предъявления нового обвинения по более тяжкой статье, т.е. по ч.2 ст. 228 УК РФ. Я отказался подписывать какие-либо документы заявив, что от услуг Б. я отказался и потребовал от следователя проводить все следственные действия с участием моего адвоката М., в ответ на это следователь вышел из себя, начал выражаться нецензурной бранью в мой адрес, угрожать мне, что посадит меня на долгий срок. При этом адвокат Б. никак не реагировал на эти незаконные действия следователя. Вышеизложенные факты свидетельствуют о том, что адвокат Б. в сговоре со своим бывшим коллегой следователем С. действовал вопреки моим интересам, действовал в интересах следователя, тем самым он грубо нарушил Кодекс профессиональной этики адвоката и ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ». Просит привлечь адвоката Б. к дисциплинарной ответственности и прекратить ему статус адвоката.

Распоряжением Президента АП РД от 10.01.2018 возбуждено дисциплинарное производство в отношении адвоката Б. о привлечении его к дисциплинарной ответственности.

В ходе заседания Квалификационной комиссии адвокат Б. явился и объяснил, что он надлежащим образом исполнял свои профессиональные обязанности и участвовал во всех следственных действиях с участием его доверителя.

И. не явился на заседание Квалификационной комиссии, хотя был надлежащим образом извещен о дате и времени рассмотрения дисциплинарного производства.

Также от адвоката Б. 12.01.2018 в АП РД поступили объяснения, из которых следует, что 17 мая 2017 года ко мне обратился гражданин А. представившийся как лицо уполномоченное заключить со мной соглашение в целях защиты интересов на предварительном следствии И. Мною было составлено соглашение с вышеуказанным гражданином, последующем выписав ордер в защиту интересов И., предоставил следователю СО № 3 СУ УВД России по г. Махачкала С., у которого в производстве находилось уголовное дело в отношении И. По представлении адвокатского ордера мною были получены соответствующие копии процессуальных документов, проведенных с участием И., до моего вступления в дело. Также я зашел в СИЗО-1 г. Махачкалы где сообщил И., о том, что наравне с адвокатом М., его интересы на предварительном следствии буду защищать я. В ходе следствия принимал участие во всех следственных действиях проводимых с обвиняемым И., также мною неоднократно были заявлены разного рода ходатайства на имя следователя С., где было обоснованно расписано, что в действиях моего подзащитного И., содержатся признаки преступления предусмотренных ч.1 ст.228 и ч.2 ст.228 УК РФ хранение наркотических средств в крупном размере без цели сбыта, максимальное наказание за которое предусмотрено от 3 до 10 лет лишения свободы, а по ч. 1 ст.228., п. «б» ч.3 ст.228.1; ч.3 ст.30-п. «г» ч,4 ет.228.1 УК РФ по которым было предъявлено обвинение И., грозило в совокупности от 10 до 20 лет лишения свободы. Именно по результатам моих ходатайств и жалобам, а не адвоката М., следователем С. действия обвиняемого И., были переквалифицированы. Показания по делу давались И., после предварительных консультаций, какое-либо давление со стороны следователя С. в моем присутствии не оказывалось. Какое-либо ознакомление е материалами дела не состоялось так как по настоящее время уголовное дело в отношении обвиняемого И., расследуется в СО № 3 СУ УМВД России но г. Махачкала.

Квалификационной комиссией установлены следующие фактические обстоятельства дисциплинарного производства.

Основными доводами жалобы является то, что И. не нанимал адвоката Б. и у него был другой адвокат по соглашению, нанятый его женой.

В опровержение указанных обстоятельств Б. в АП РД представлено соглашение, заключенное между Б. и А. от 17.05.2017 № 23 по оказанию юридической помощи гражданину И., подписанное обеими сторонами. Стоимость услуг по соглашению составила 100 000 рублей.

Также в материалах дела имеется ордер адвоката от 17.05.2017 на представление интересов И. на следствии на основании указанного соглашения.

Адвокат в рамках исполнения поручения участвовал во всех следственных действиях до момента получения письменного отказа от него как от защитника.

Каких-либо доказательств, подтверждающих другие обстоятельства, указанные в жалобе (не реагирование адвоката на незаконные действия следователя, нахождение его в сговоре со следствием), доверителем не представлено.

В связи с вышеизложенным Квалификационная комиссия, рассмотрев указанные материалы дисциплинарного производства, пришла к выводу о прекращении дисциплинарного производства в отношении адвоката Б. вследствие отсутствия в действиях адвоката нарушений норм законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре и Кодекса профессиональной этики адвоката и надлежащего исполнения профессиональных обязанностей.

Совет АП РД изучив и исследовав материалы дисциплинарного производства, огласив и исследовав представленные участниками дисциплинарного производства письменные документы, признал заключение Квалификационной комиссии обоснованным, установленные комиссией фактические обстоятельства правильными.

После обсуждения дисциплинарного производства на заседании Совета 22.02.2018 АП РД принято решение о прекращении дисциплинарного производства в отношении адвоката Б. вследствие отсутствия в действиях адвоката нарушений норм законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре и Кодекса профессиональной этики адвоката и надлежащего исполнения профессиональных обязанностей.

24.07.2018 в АП РД от И. поступила новая жалоба на адвоката Б, содержащая новые обстоятельства, дополняющие доводы рассмотренной жалобы.

В соответствии с п. 10.2 Регламента Совета Адвокатской палаты РД, утвержденного решением Совета АП РД от 28.02.2015 (протокол заседания № 2), основаниями для пересмотра ранее принятых решений совета, вступивших в законную силу, являются вновь открывшиеся обстоятельства и существовавшие на момент принятия решения совета существенные для дисциплинарного дела обстоятельства.

Согласно п. 10.3.1. Регламента к вновь открывшимся обстоятельствам относятся существенные для дисциплинарного дела обстоятельства, которые не были и не могли быть известны участникам дисциплинарного производства.

Указанная жалоба, содержит обстоятельства, имевшие место на момент принятия Советом АП РД решения, однако которые не были предметом рассмотрения органов адвокатской палаты и ставшие известными И. после принятия Советом решения по данному дисциплинарному производству от 22.02.2018.

При этом в соответствии с п. 10.10 Регламента Совета Адвокатской палаты РД при наличии оснований для пересмотра решения Совета по вновь открывшимся обстоятельствам Совет отменяет ранее вынесенное решение, возобновляет производство и принимает новое решение.

Таким образом, в соответствии с п. 10.2., 10.3.1. и 10.10. Регламента Совета Адвокатской палаты РД Совет признал наличии оснований для пересмотра решения Совета по вновь открывшимся обстоятельствам и вернул дисциплинарное производство в отношении адвоката Б. на новое рассмотрение в Квалификационную комиссию по следующим основаниям.

Согласно жалобе И. от 24.07.2018 адвокат без законных на то оснований представлял его интересы по уголовному делу, в то время как у него имелись другие адвокаты по соглашению. Данные обстоятельства податель жалобы подкрепляет письменными доказательствами (ордерами адвоката, протоколами следственных действий и др.).

Кроме того, как следует из жалобы, адвокат Б.18.02.2018 был допрошен в качестве свидетеля по уголовному делу И., где он в нарушении норм законодательства и профессиональной этики дал показания против своего доверителя.

На новое заседание Квалификационной комиссии адвокат Б. явился и поддержал ранее представленные им по данному дисциплинарному производству объяснения.

Интересы И. на заседание Квалификационной комиссии представляла по доверенности от 19.10.2018 К., которая поддержала доводы новой жалобы.

Квалификационной комиссией установлены следующие обстоятельства дисциплинарного производства.

При первоначальном рассмотрении органами адвокатской палаты РД указанного дисциплинарного производства адвокатом Б. был представлен в АП РД копия ордера адвоката от 17.05.2017 № 23 на защиту интересов И. на следствии, выданного на основании соглашения от 17.05.2017 № 23 (копия имеется в материалах дисциплинарного производства), заключенного между А. и адвокатом Б. по оказанию юридической помощи гражданину И., стоимость услуг по которому составила 100 000 рублей.

Какой-либо конкретизации предмета соглашения (на какой стадии оказываются услуги адвокатом) в договоре отсутствует.

В графе соглашения «Отметка о вступлении в дело адвоката» указано «вступил в дело 17.05.2017».

Однако в ходе нового разбирательства указанного дисциплинарного производства от И. в АП РД поступили копии материалов уголовного дела, которые были исследованы Квалификационной комиссией в ходе заседания и установлено следующее.

В материалах уголовного дела имеется ордер адвоката Б. от 15.05.2017 № 22, в качестве основания выдачи которого указано соглашение, согласно которому адвокату поручается с 15.05.2017 защита интересов И.

При этом согласно ранее представленного адвокатом соглашения начало вступления в дело адвоката и заключение соглашения датировано 17.05.2017. Какого-либо другого соглашения на оказание услуг И. адвокатом Б. в АП РД не представлено.

Кроме того, в материалах уголовного дела имеется также и другой ордер адвоката Б. № 38/17, в котором имеются исправления. Так, из-за исправлений неясно ордер датирован 07.11.2017 либо 17.11.2017.

Кроме того, в графе «Поручается» имеется существенные потёртости и исправления в дате поручения, фамилии и инициалах подзащитного, и органе следствия, в котором будет осуществляться защита, из-за которых сложно разобрать текст поручения.

Соглашение, на основании которого выдан указанный ордер, в АП РД не представлен.

В материалах дела имеется заявление И. об отказе от услуг М. и К., О., и желает, чтобы его интересы представлял Б., которое удовлетворено постановлением следователя С. 15.10.2017.

Доводы жалобы о том, что указанное заявление было составлено самим же адвокатом Б. и И.. никогда не отказывался от услуг адвокатов М., и К. и не подписывал никакого заявления об этом, не могут быть проверены Квалификационной комиссией и должны быть установлены в судебном порядке по результатам соответствующих экспертиз.

Согласно заявления от 20.10.2017 И. отказался от услуг защитников О. и Б., так как ни он, ни его близкие не заключали с ними никаких соглашений, и он желает, чтобы его интересы представляли адвокаты М. и К.

Постановлением следователя С. от 26.10.207 указанное заявление обвиняемого И. удовлетворено.

Несмотря на это, адвокат Б. 07.11.2017 принял участие в ряде следственных действий:

1) 07.11.2017 при предъявлении обвинения И.;

2) 07.11.2017 участвовал в Кировском районном суде г. Махачкалы при продлении сроков содержания И. под стражей;

3) 07.11.2017 при допросе И. в качестве обвиняемого;

4) 07.11.2017 при уведомлении об окончании следственных действий.

Кроме того, в протоколе уведомления об окончании следственных действий в графе «ордер защитника» также имеются исправления в номере и дате ордера.

На каком основании адвокат Б. участвовал в указанных следственных действиях не ясно, если отказ от его услуг поступил от подзащитного и принят следователем 26.10.2017. Выписанный с исправлениями ордер от 07.11.2017 или 17.11.2017 также не подкреплен каким-либо соглашением на оказание услуг И.

Существенным обстоятельством также является то, что в протоколе допроса И. в качестве обвиняемого от 07.11.2017 указано следующее время начала и окончания следственного действия – начато в 14.40, окончено в 15.05.

При этом согласно протокола судебного заседания Кировского районного суда г. Махачкалы от 07.11.2017 в указанное время И. находился в суде по вопросу о продлении срока содержания под стражей (согласно протокола судебное заседание закрыто в 14.50).

Указанные процессуальные документы, несмотря на имеющиеся в них несоответствия, подписаны защитником Б.

Кроме того, согласно протокола допроса от 18.02.2018 адвокат Б. в рамках уголовного дела И. допрошен в качестве свидетеля и из его показаний следует, что обвиняемый И. допрошен в его присутствии и дал признательные показания. После завершения допроса, протокол ими был прочитан и собственноручно подписан. Данные показания были даны без какого-либо принуждения со стороны следователя. Почему в настоящее время И. показывает, что признательные показания данные 07.11.2017 в ходе допроса в качестве обвиняемого даны им под давлением ему не известно.

Как следует из представленной в АП РД копии обвинительного заключения (извлечения стр. 22, 54, 85, 117) по уголовному делу по обвинению И. показания свидетеля Б. также вошли в него в качестве свидетеля обвинения.

В соответствии с п. 1, 2 ст. 8 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ» адвокатской тайной являются любые сведения, связанные с оказанием адвокатом юридической помощи своему доверителю. Адвокат не может быть вызван и допрошен в качестве свидетеля об обстоятельствах, ставших ему известными в связи с обращением к нему за юридической помощью или в связи с ее оказанием.

Согласно п. 2 ст. 6 КПЭА соблюдение профессиональной тайны является безусловным приоритетом деятельности адвоката. Срок хранения тайны не ограничен во времени.

В соответствии с п. 3 ст. 6 КПЭА адвокат не может быть освобожден от обязанности хранить профессиональную тайну никем, кроме доверителя. Согласие доверителя на прекращение действия адвокатской тайны должно быть выражено в письменной форме в присутствии адвоката в условиях, исключающих воздействие на доверителя со стороны адвоката и третьих лиц.

При этом согласно п. 4 ст. 6 КПЭА без согласия доверителя адвокат вправе использовать сообщенные ему доверителем сведения в объеме, который адвокат считает разумно необходимым для обоснования своей позиции при рассмотрении гражданского спора между ним и доверителем или для своей защиты по возбужденному против него дисциплинарному производству или уголовному делу.

В соответствии с п. 6 ст. 6 КПЭА адвокат не вправе давать свидетельские показания об обстоятельствах, которые стали ему известны в связи с исполнением профессиональных обязанностей.

В данном случае адвокатом Б. допущены грубые нарушения вышеуказанных положений законодательства РФ об адвокатской деятельности и адвокатуре, выразившиеся в несоблюдении адвокатской тайны и свидетельствовании против своего подзащитного, а также в участии в следственных действиях с участием И. без законных оснований (после принятого следователем отказа подзащитного И. от услуг адвоката Б.).

Согласно ст. 5 КПЭА профессиональная независимость адвоката, а также убежденность доверителя в порядочности, честности и добросовестности адвоката являются необходимыми условиями доверия к нему. Адвокат должен избегать действий (бездействия), направленных к подрыву доверия. Злоупотребление доверием несовместимо со званием адвоката.

Согласно ст. 18 КПЭА нарушение адвокатом требований законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре и Кодекса профессиональной этики адвоката, совершенное умышленно или по грубой неосторожности влечет применение мер дисциплинарной ответственности.

На основании изложенного, Квалификационная комиссия 11.10.2018, рассмотрев представленные по делу письменные документы, пришла к выводу о наличии в действиях адвоката Б. нарушения норм законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре и Кодекса профессиональной этики адвоката, выразившиеся в несоблюдении адвокатской тайны и свидетельствовании против своего подзащитного, а также в участии в следственных действиях с участием И. без законных оснований (после принятого следователем отказа подзащитного И. от услуг адвоката Б. ).

Совет АП РД, изучив и исследовав материалы дисциплинарного производства, огласив и исследовав представленные участниками дисциплинарного производства письменные документы, признал заключение Квалификационной комиссии обоснованным, правильным и вынесенным в соответствии с требованиями законодательства об адвокатуре и адвокатской деятельности и принял решение о применении к адвокату Б. меры дисциплинарной ответственности в виде «Прекращение статуса адвоката» с установлением срока 1 год, по истечении которого он допускается к сдаче квалификационного экзамена на приобретение статуса адвоката.

При определении меры дисциплинарной ответственности к адвокату Б. Совет АП РД изучив личное дело адвоката принял во внимание, что совершенный адвокатом дисциплинарный проступок (нарушение норм законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре и Кодекса профессиональной этики адвоката, выразившиеся в несоблюдении адвокатской тайны и свидетельствовании против своего подзащитного, а также участие в следственных действиях с интересах И. без законных оснований после принятого следователем отказа подзащитного И. от услуг адвоката Б. ) является грубым нарушением требований законодательства об адвокатуре, так как доверия к адвокату не может быть без уверенности в сохранении профессиональной тайны. Профессиональная тайна адвоката (адвокатская тайна) обеспечивает иммунитет доверителя, предоставленный последнему Конституцией Российской Федерации (п. 1 ст. 6 Кодекса профессиональной этики адвоката).

Кроме того, адвокат Б. имеет действующее дисциплинарное взыскание в виде «Замечания», применённое решением Совета АП РД от 30.11.2017 за нарушение норм законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре и Кодекса профессиональной этики адвоката, выразившееся в срыве судебного заседания без уважительной причины и представления суду недостоверной информации.

Совет АП РД считает, что подобное поведение Б. является недопустимым, неприемлемым и несовместимым со статусом адвоката, является грубым проявлением неуважения к нормам корпоративной этики и их абсолютное игнорирование, грубым и неоднократным нарушением норм ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ» и Кодекса профессиональной этики адвоката, направленным на подрыв авторитета адвокатуры в целом и не обеспечение основного, наряду с авторитетом адвокатуры, приоритета адвокатской деятельности – защиты интересов доверителя.

http://advokatrd.ru/disciplinary-practices/disciplinary-practices_262.html